Адаптация территориальной организации сельского хозяйства периферийного региона к деятельности агрохолдингов

Введение и постановка проблемы

Государственная политика в сфере развития агропромышленного комплекса в странах мира нередко выражается в применении стимулирующих мер общего характера. В территориальном отношении они, как правило, эффективны для территорий с благоприятными условиями для ведения сельского хозяйства или близко расположенных к крупным городским агломерациям. В организационном же отношении стимулирующие меры вносят наибольший положительный вклад в развитие крупных игроков продовольственного рынка. Ареалы распространения последних, в свою очередь, выходят за границы наиболее привлекательных для агропромышленного комплекса регионов, часто становятся фактором существенных преобразований периферийных территорий [1].

Оживление сельскохозяйственного производства в России в 2000-е гг. сопро­вождалось постепенным его сдвигом на юг, в то время как во многих районах Нечерноземья спад не останавливался и сопровождался масштабными демографи­ческими потерями [2]. Во многом это было связано с агрохолдингами, которые, по мнению С. Ю. Барсуковой [3], стали «неожиданным результатом» российской аграрной реформы 1990-х гг. Они же выступили главными бенефициарами изме­нений, происходящих на внешнем и внутреннем треках развития страны. Скач­кообразная девальвация рубля, наблюдавшаяся после кризиса 1998 г. и повторяв­шаяся в последующие годы (2008, 2014—2016, 2022—2024) сделала выгодными инвестиции в производства, ориентированные как на экспорт, так и на внутренний рынок (для замещения дорожающего импорта). Тесные контакты агрохолдингов с региональными и даже федеральными властями позволили им аккумулировать зна­чительную часть государственной поддержки сельхозпроизводства.

Вступление в 2012 г. России в ВТО по ряду оценок предполагало масштабное сокращение государственной поддержки сельскохозяйственного производства. Это было связано со снижением тарифов и тарифных квот, уменьшением возможностей по манипулированию фитосанитарными ограничениями, сокращением прямой финансовой поддержки производителей и экспортеров и др.¹ Ожидалось, что с наибольшими сложностями должно было столкнуться животноводство, поэтому именно его отрасли стали приоритетным направлением поддержки со стороны государства [4].

Геополитический кризис 2014 г., западные санкции и российский ответ на них создали условия для обхода норм и правил ВТО. Был ограничен ввоз сельскохозяйственной продукции из стран ЕС и ряда других стран, а также возросли объемы финансовой и организационной поддержки собственного сельского хозяйства. Агрохолдинги внесли значимый вклад в быстрое импортозамещение и наращивание экспортного потенциала, однако их деятельность создавала риски для фермеров и личных подсобных хозяйств граждан, а по некоторым оценкам, и в целом для сельских сообществ [2].

В дополнение к данному контексту стоит отметить, что задачи развития различных отраслей экономики приграничных регионов всегда рассматривались в контексте функций приграничья. Оно не только форпост, но и зона контакта и транзита, место формирования экспортных потоков и «витрина», демонстрирующая успешность государства [5]. Однако в таких приграничных регионах, как Псковская область, многие негативные тенденции в сельском хозяйстве и динамике сельского населения проявлялись еще сильнее, чем в других регионах Нечерноземья. Сказывалась периферийность, высокая конкуренция с соседями, сельское хозяйство которых активно дотировалось национальными, а в случае Прибалтийских стран и наднациональными властями, стремительная депопуляция в сельской местности.

Со второй половины 2000-х гг. и особенно после 2014 г. агрохолдинги во многих приграничных регионах стали играть все более значимую роль. Они способствовали появлению новых отраслей специализации, развитию новых межрегиональных связей, появлению новых, в том числе экспортоориентированных предприятий пищевой промышленности. Предыдущие исследования в других регионах приграничья показали, насколько разнообразным было их влияние на устойчивость местных сообществ, решение задач продовольственной безопасности [6] и трансграничные практики местного населения [7].

Цель данной работы состоит в том, чтобы оценить, во-первых, как менялось сельскохозяйственное производство Псковской области в условиях санкций и рестрикций, а во-вторых, как распространение агрохолдингов (территориальное расширение активов) в последнее десятилетие связано с трендами в динамике структуры сельского хозяйства региона.

Обзор опыта предшествующих исследований

Агрохолдинги представляют собой совокупность сельскохозяйственных организаций, контрольные пакеты акций которых принадлежат холдинговой (управляющей) компании [8]. При этом управляющая компания контролирует несколько сельскохозяйственных, перерабатывающих и иных предприятий, каждое из которых является отдельным юридическим лицом с различной правовой формой. Агрохолдинги — специфические образования, распространенные лишь в ограниченном числе регионов мира. Такая форма организации агробизнеса наиболее широко представлена в странах Восточной Европы, Латинской Америки (Бразилия, Аргентина), Австралии, Китае, а также на территории постсоветского пространства (особенно велика их значимость в России, Украине и Казахстане) [9], [10].

В научной литературе существует несколько подходов к трактовке понятия «агрохолдинг». Стоит отметить, что в юридическом поле понятий «агрохолдинг» или схожих с ним не закреплено.

Многие ученые-экономисты рассматривают «агрохолдинг» как определенную форму организации бизнеса [11], [12]. Такой бизнес строится по холдинговому типу, представляя собой совокупность управляющей организации и дочерних компаний. Также одной из основных черт является концентрация прав на землю. Исследователи не достигли консенсуса в отношении минимальных размеров агрохолдингов. Некоторые ученые руководствуются относительными параметрами [13], часть авторов выдвигает конкретные критерии. Так, в работе Ф. Херманса и соавторов типичные размеры агрохолдингов — 500 тыс. га [9]. П. Грулье утверждает, что чаще всего размер агрохолдинга превышает 27 тыс. га [14]. Н. И. Шагайда и В. Я. Узун определяют размер агрохолдинга исходя не из площади подконтрольных земель, а основываясь на показателях выручки предприятий [15], [16], [17]. Руководствуясь нормативно-правовыми актами в отношении малого и среднего бизнеса, авторы выдвигают нижнюю границу совокупной выручки агрохолдинга — 2 млрд руб. Ученые-экономисты не всегда говорят об агрохолдингах как о вертикально интегрированных образованиях. Часть авторов единственным критерием при выделении агрохолдинговых компаний обозначает наличие активов в сельском хозяйстве [16], [18]. В зарубежной литературе агрохолдингами считаются компании как горизонтально, так и вертикально интегрированные [9], [13], [19]. Также стоит отметить, что практически все авторы указывают на невозможность контрактных отношений при такой форме организации.

Некоторые ученые-географы придерживаются понятия, приводимого экономистами, и рассматривают агрохолдинги как форму организации бизнеса [20], [21], [22], но такой подход достаточно редок. Чаще первостепенно важными оказываются вертикальная интеграция и охват нескольких сфер экономики — сельского хозяйства, переработки и торговли [23], [24], [25].

В целом можно выделить два подхода к определению агрохолдинга. Первый — экономический, при котором агрохолдинг представляет собой «зонтичную систему», где выделяется компания-интегратор и дочерние организации. При таком подходе важными являются структура и размер предприятия (при определении ориентируются на совокупную выручку групп компаний, принадлежащую компании площадь), а не профиль деятельности компании (агрохолдинг может как заниматься только сельскохозяйственной деятельностью, так и интегрировать всю цепочку производства продукции). Второй подход — экономико-географический. Агрохолдинги выделяются непосредственно по составу активов (компания должна охватывать всю цепочку производства: от поля до прилавка).

Учитывая важность оказываемого такими видами компаний влияния на территориальную организацию производства сельскохозяйственной продукции, под агрохолдингом в данной статье мы будем понимать не только организации холдингового типа, имеющие активы в сельском хозяйстве, но и все крупные, корпоративные, вертикально интегрированные структуры, имеющие полную цепочку производства пищевой продукции.

Развитие агрохолдингов и усиление их роли в производстве сельскохозяйственной продукции приводят к значимой трансформации территориальной организации сельскохозяйственного производства. Исследования по выявлению основных территориальных сдвигов в производстве сельскохозяйственной продукции лишь частично рассматривают роль агрохолдингов в этих трансформациях. В основном они представляются в виде рассмотрения отдельных кейсов наиболее крупных компаний на страновом или региональном уровнях. Как правило, сельскохозяйственные активы агрохолдингов, вне зависимости от типа компании-интегратора, располагаются рядом с крупными рынками сбыта, территориями, обеспеченными трудовыми и природными ресурсами [24], [26], [27]. Помимо этого достаточно часто сельское хозяйство агрохолдингов развивается на месте наиболее жизнеспособных хозяйств на юге страны [28]. На региональном уровне значимым условием для распространения агрохолдингов стала развитая инфраструктура [27]. Вследствие того что лишь для небольшого числа территорий характерны перечисленные условия, концентрация сельскохозяйственной деятельности агрохолдингов происходит в ограниченном числе регионов. Особо значимы процессы для производства высокомаржинальной продукции (свинины, птицы, продуктов растениеводства) [29]. Также агрохолдинги «разрывают» процесс производства: производство животноводческой продукции концентрируется вблизи крупных рынков сбыта, а заготовка кормов осуществляется в районах с наиболее благоприятными агроклиматическими условиями [26], [27].

Отмечается, что деятельность агрохолдингов на региональном уровне кардинальным образом не изменяет, но значимо трансформирует территориальную организацию сельскохозяйственного производства, ускоряя процессы поляризации [27]. Помимо этого значимо влияние агрохолдингов на организационную структуру производства и отраслевую специализацию. Так, с приходом агрохолдингов в регион все большая часть производства сельскохозяйственной продукции концентрируется в сельскохозяйственных организациях [23]. При этом происходит «схлопывание» малых форм хозяйствования [30], а оставшиеся часто расширяют профиль своей деятельности, стараясь охватить как можно больше отраслей [27]. Деятельность крупных агрохолдингов приводит к вытеснению традиционных отраслей специализаций как отдельных районов, так и регионов в целом [30].

Изучение агрохолдингов за рубежом сконцентрировано преимущественно на рассмотрении эффективности производства сельскохозяйственной продукции в таких формированиях [31], [32]. Отдельный пласт работ затрагивает агрохолдинги в контексте конфликтов землепользования и обеспечения продовольственной безопасности [33].

Вопрос связи политики санкций, тенденций в агропроизводстве и экспансии агрохолдингов изучен недостаточно хорошо: сказывается относительная закрытость крупных игроков агрорынка. Однако некоторые исследования свидетельствуют о том, что после 2014 г. поддержка агрохолдингов стала фактическим приоритетом властей, а их зависимость от этой поддержки чрезвычайно высока [13]. В некоторых работах агрохолдинги характеризуют прежде всего как бенефициаров санкционной политики, которые смогли занять освободившиеся ниши, значительно расширить производство и даже наладить экспорт своей продукции в другие страны [3]. Другие исследования, особенно вышедшие после 2022 г., фокусируют внимание на потенциальных проблемах агрохолдингов и всего отечественного АПК в целом — зависимость от поставок западной техники, селекции и генетики, средств защиты растений и др. Подчеркивается, что именно агрохолдинги особенно зависимы от международной кооперации, поэтому регионы их присутствия будут особенно чувствительны к санкционному воздействию. С другой стороны, отмечается большой адаптивный потенциал этой формы хозяйствования, подпитываемый льготными кредитами и различными программами государственной поддержки [34].

Изучению изменений в территориальной организации производства сельскохозяйственной продукции конкретно в Псковской области посвящено незначительное число исследований. С. П. Клейменов изучил историю постсоветской трансформации АПК региона и выявил, что из-за сокращения доходов населения в 1990-е гг. и в первой половине 2000-х гг. и, как следствие, потребления продуктов из молока и мяса пищевые производства переориентировались на более крупные рынки Москвы и Санкт-Петербурга. В этот же период произошел переход на импортное сырье (сухое молоко и замороженное мясо). В 2010-х гг. рост доходов населения, увеличение спроса на молочные и мясные продукты у жителей Псковской области, а также сокращение внутреннего собственного производства сырого молока и мяса привели к необходимости формирования собственной сырьевой базы крупными комбинатами — Великолукским молочным комбинатом, Великолукским мясным комбинатом и Псковским мясным комбинатом [35].

Нередко деятельность агрохолдингов для периферийных районов связана с достижением их продовольственной самообеспеченности [36]. Однако более часто в качестве инструмента развития периферии рассматривается поддержка локального фермерства, особенно в европейских странах [37], [38]. Так или иначе, исследование периферийных территорий как арены деятельности разных игроков агропродовольственного бизнеса представляет особый интерес.

Материалы и методы исследования

Работа опирается на анализ официальных данных Федеральной службы государственной статистики и ее территориального подразделения по Псковской области, сведения Северо-Западного таможенного управления, а также отчеты компании «Агроэкспорт» по экспорту сельскохозяйственной продукции. Кроме того, поскольку в России не ведется статистический учет по агрохолдинговым формированиям, нами была разработана собственная схема сбора данных о территориальном размещении активов агрохолдингов, апробированная на материалах Псковской области. На первом этапе формировался перечень агрохолдингов на основании базы данных компаний СПАРК. Далее по каждой компании с помощью данных ФГИС ВетИС определялся перечень сельскохозяйственных активов, устанавливались их месторасположение и профиль деятельности. После этого на основании данных с других ресурсов (Единая федеральная информационная система о землях сельскохозяйственного назначения, Google Earth и пр.) собиралась информация о датах постройки сельскохозяйственных активов, необходимая для анализа территориальной экспансии холдинга.

Интерпретации данных помогли многолетние экспедиционные исследования авторов на территории Псковской области, в частности экспертные интервью с представителями органов власти, производителями сельскохозяйственной продукции и ее переработчиками, проведенные в 2016—2017, 2021 и 2024 гг. в Пскове, Великих Луках, Порхове, Печорах, Невеле, Себеже, Гдове, Пушкинских Горах и окружающих их районах.

Результаты исследования и их обсуждение

Динамика развития сельского хозяйства

Кризис сельскохозяйственного производства, наблюдавшийся в Псковской области после 1991 г., был глубоким даже на фоне других регионов Нечерноземья. В конце советского времени регион специализировался на молочно-мясном животноводстве и льноводстве. Зернобобовые культуры, картофель, кормовые культуры (люцерна, клевер и др.) предшествовали льну в севооборотах для насыщения почвы азотом и одновременно были ценным лактогенным кормом для молочного стада. В 1990-е гг. молочное скотоводство и льноводство оказались в трудном финансовом положении, не выдержали конкуренции с аналогичными отраслями в соседней Беларуси, где сельскохозяйственные предприятия, пищевая и легкая промышленность активно дотировались государством. Уже в 1995 г. объемы производства продукции сельского хозяйства сократились почти в два раза к уровню 1991 г. В 2000 г. объем сельскохозяйственного производства не превышал 42 % от уровня 1991 г. Спад замедлился, но не прекратился.

Первые признаки стабилизации ситуации в отрасли появились в 2007—2009 гг., но общее снижение объемов сельхозпроизводства все еще наблюдалось (рис. 1). Период 2010-х гг. ознаменовался, наконец, сменой тренда на восходящий. Отметим, что общий объем сельскохозяйственного производства в 2022 г. практически удвоился по сравнению с 2014 г., однако все еще составлял 65 % от уровня 1991 г.

1

Динамика общего объема и организационной структуры производства продукции сельского хозяйства в Псковской области с 2000 по 2022 г., %

Изменения были связаны с коренной перестройкой организационной структуры отрасли. В 1995 г. сельскохозяйственные организации снизили производство на 65 %, хозяйства населения — на 35 %. Только зарождающиеся крестьянско-фермерские хозяйства (КФХ) увеличили производство в три раза — источником их роста была деградирующая колхозная система. В 2000-е гг. личные подсобные хозяйства (ЛПХ) граждан производили 69 % продукции, в то время как на сельскохозяйственные организации приходилось не более 30 %.

Неблагоприятная демографическая ситуация в регионе способствовала значительной деградации сельского расселения, что привело к быстрому сокращению производства в ЛПХ — на 8—10 % ежегодно. В 2010 г. на долю КФХ приходилось около 3 % продукции, а остальное примерно поровну производили сельскохозяйственные организации и ЛПХ.

После 2010 г. рост производства практически полностью обеспечивался сельскохозяйственными организациями: в 2010—2013 гг. его средние темпы составляли около 4,5 %, в то время как в 2014—2020 гг. — чуть менее 14 %. Уже в 2016 г. сельскохозяйственные организации превзошли объемы производства 1991 г., а в 2020 г. удвоили свои показатели. За постсоветский период КФХ нарастили объемы производства в 6,7 раза, сельскохозяйственные организации — в 1,9 раза, хозяйства населения снизили производство более чем в 10 раз. В результате в 2022 г. 85 % продукции производили сельскохозяйственные организации, 11,3 % — ЛПХ и только 3,6 % приходилось ка КФХ.

Масштабные изменения структуры производства по категориям хозяйств сопровождались и значимыми сдвигами в соотношении и объемах производства в ведущих отраслях сельского хозяйства.

В 2000-е гг. главным драйвером роста стало свиноводство — с 2000 г. поголовье свиней выросло в 14,7 раза, при этом основной рост пришелся на период после 2011 г. (рис. 2). С 2000 г. производство скота и птицы на убой выросло в 8,7 раза, а темпы роста заметно увеличились после 2014 г.

2

Динамика поголовья свиней и производства скота и птицы на убой, % к 2000 г.

Поголовье крупного рогатого скота (КРС), наоборот, стремительно сокращалось (рис. 3). С 2000 г. число голов КРС упало более чем в 3 раза, в том числе на 27 % к уровню 2014 г. Аналогичные процессы происходили и с молочным стадом. Однако влияние бизнеса соседних Санкт-Петербурга и Ленинградской области в структуре АПК в сочетании с благоприятной конъюнктурой в молочной отрасли в связи с продовольственным эмбарго 2014 г. выразилось в открытии новых молочных ферм. Они, в свою очередь, обеспечили заметный рост эффективности на фоне кратного с 2000 г. роста надоев (в 4,4 раза). Общее производство молока на 8 % превысило уровень 2014 г. (65 % от уровня 2000 г.).

3

Динамика основных показателей сельскохозяйственного производства, % к 2000 г.

Производство яиц в регионе сокращалось. Период незначительного роста после 2017 г. был связан прежде всего с производством инкубационного яйца в племрепродукторе «Назия» (рис. 3).

Непростая ситуация наблюдалась в растениеводстве: размер посевных площадей с 1990 г. сократился в 4,3 раза, в том числе в период с 2014 г. на 16 %. При этом их структура мало изменилась с начала 1990-х гг. Как и прежде, ведущую роль в посевах играют кормовые (65 % в 2020 г.) и зерновые культуры (23 %, в основном пшеница). Около 10 % площадей занято картофелем. Технические культуры, как и раньше, занимают 7 %, однако вместо льна теперь выращивают рапс.

Заметные позитивные изменения происходили после 2010 г. в зерновом хозяйстве. Принципиально выросли объемы производства. Одновременно значительно повысилась урожайность (в 2,6 раза с 2010 г. и в 3,7 раза с 2000 г.).

В одной из исторически значимых отраслей в регионе — картофелеводстве, где доля личных подсобных хозяйств была всегда высока (93 % в 2000 г.), объемы производства в 2000—2022 гг. снизились в 2,3 раза, но после 2014 г. наблюдались и периоды роста. В 2022 г. доля хозяйств населения едва превышала 50 %. Урожайность культуры увеличилась в 1,4 раза с 2014 г. (в 1,9 раза с 2000 г.).

Валовой сбор овощей практически не изменился, однако если в 2000 г. доля населения в их производстве составляла свыше 90 %, то в 2022 г. — 56 %. При этом доля сельхозорганизаций выросла с 9 до 30 %, что никак не повлияло на урожайность.

Изменения в секторе АПК заметно сказались на структуре внешней торговли региона. Псковская область исторически обладала достаточно низким экспортным потенциалом, а за период с 2005 по 2021 г. ее доля в общем объеме российского экспорта снизилась с 0,16 до 0,05 %. Однако с 2010 г. внутри региона произошли заметные изменения как в объемах, так и в структуре экспорта. Анализ экспортных поставок из Псковской области показал стоимостной рост продовольственных групп товаров и сельхозсырья, древесины и изделий из нее с 2010 по 2021 г. Особенно стремительно увеличивался экспорт продовольствия (в 6,8 раз). Соотношение ключевых экспортных товаров в 2010 и 2021 гг. существенным образом изменилось. Доля деревообработки в экспорте региона с 2010 г. выросла в 1,5 раза (с 18,3 % в 2010 г. до 27,3 % в 2021 г.), продовольствия и сельхозсырья — в 1,6 раза (с 12,9 % в 2010 г. до 21,2 % в 2021 г.), машин и оборудования — сократилась в 4,2 раза (с 51,3 % в 2010 г. до 12,2 % в 2021 г.). Таким образом, экспорт продовольствия и сельскохозяйственного сырья из Псковской области показал наилучшую динамику по сравнению с другими группами товаров, отправляемых на экспорт.

В 2010—2014 гг. в структуре экспорта заметную долю занимало молочное направление. С 2012 по 2018 г. существенная доля продукции в экспорте Псковской области приходилась на рыбную продукцию (филе свежей рыбы и рыбная консервация) — в среднем за этот период около 50 %. С 2016 г. доля мясного направления (свинина свежая, охлажденная, замороженная, колбасы) в экспорте ежегодно растет, а с 2019 года она становится преобладающей (43 %, или 18,7 млн долл.). Рыбная продукция теряет позиции в структуре экспорте не только в относительных, но в абсолютных значениях. По данным на 2021 г., доля мясного направления (производство охлажденной, замороженной и свежей свинины) достигает 55 % (31 млн долл.) в общей структуре экспорта Псковской области.

Такие изменения стали причиной переориентации в зарубежных поставках сельхозпродукции с ближних связей на дальние. Так, если в 2010—2013 г. доля стран Европы (прежде всего Прибалтийских стран) превышала в продовольственном экспорте 80 %, то в 2019—2022 гг. в среднем она была меньше 20 %. В последние годы ключевыми странами для зарубежного экспорта продовольственной продукции стали Вьетнам, Китай и Казахстан.

Изменение структуры экспорта также наглядно демонстрирует смену сельскохозяйственного профиля региона. Производство экспортного продовольствия (продукты переработки свинины) базируется на местном сырье и усиленном росте этой сырьевой базы (поголовья свиней).

Таким образом, масштабная депопуляция, изменение внешней и внутренней конъюнктуры рынка, трансформация объемов и принципов государственной поддержки АПК, факторы спроса, в том числе со стороны Санкт-Петербурга, стали ключевыми факторами преобразования сельскохозяйственного профиля Псковской области с 2010-х гг.: к настоящему времени это регион с ярко выраженной свиноводческой специализацией с сопутствующим умеренным ростом валового сбора зерновых культур.

Ареалы распространения агрохолдингов в Псковской области

Кардинальная перестройка организационной структуры сельскохозяйственного производства в 2000—2010-е гг. в пользу доминирования сельскохозяйственных организаций была связана прежде всего с деятельностью агрохолдингов. Опрошенные нами эксперты отмечали, что успех агрохолдингов во многом связан с тем, что эти организации с учетом их масштаба лучше ориентируются в видах и способах получения государственной поддержки и, исходя из этого, грамотно выстраивают собственные планы развития (например, поддержка производства мяса свинины, говядины, птицы менялась в 2010—2020-е гг. с учетом ситуаций с обеспеченностью этими видами мяса).

По данным на 2024 г., на территории Псковской области ведут деятельность девять агрохолдингов (табл. 1). Они представляют собой преимущественно вертикально интегрированные структуры. Лишь два холдинга придерживаются принципа горизонтальной интеграции активов: это группа компаний «Нортагра» (растениеводство) и группа компаний «Идаванг Агро» (свиноводство). Среди агрохолдингов представлены как региональные, активы которых сосредоточены только в Псковской области (группа компаний «Великолукский мясокомбинат», группа компаний «Кабош», группа компаний «ПсковАгроИнвест»), так и межрегиональные, некоторые из которых охватывают своей деятельностью различные регионы Европейской части России.

Специализации агрохолдингов разнятся. Большая часть работает в молочной отрасли, три холдинговых структуры занимаются свиноводством, по одному работают в сфере птицеводства и растениеводства. Большинство агрохолдингов имеют собственные земельные активы, преимущественно для выращивания кормовых культур.

Ареалами распространения агрохолдингов являются 18 из 24 районов Псковской области (табл. 2). Наибольший территориальный охват имеют два региональных агрохолдинга: Великолукский мясокомбинат (представлен в восьми муниципальных образованиях Псковской области) и группа компаний «Кабош» (охватывает шесть муниципальных образований). Их сельскохозяйственные активы располагаются достаточно компактно: на юге области (вблизи г. Великие Луки), на западе (Великолукский мясокомбинат) и на востоке (Кабош).

Активы группы компаний «ПсковАгроИнвест» расположены в четырех муниципальных образованиях, причем сельскохозяйственные активы охватывают всего три района вблизи Пскова (Псковский, Порховский, Пыталовский районы).

И агрохолдинги, предприятия которых расположены в Северо-Западном федеральном округе, и федеральные агрохолдинги стараются концентрировать свои активы в пределах одного муниципального образования Псковской области.

Таким образом, пространственная организация деятельности агрохолдингов отличается высокой концентрацией. Все «пришлые» агрохолдинги, за исключением Идаванг, как правило, располагают свои активы в пределах одного муниципального образования. Особенности их размещения таковы, что в своей деятельности агрохолдинги практически не пересекаются в пространстве.

Самым крупным агрохолдингом Псковской области как по объему выручки, так и по количеству активов является Великолукский мясокомбинат (табл. 3). Объем его выручки в 13 раз превосходит ближайшего конкурента.

Анализ открытых данных Минсельхоза России о предоставлении субсидий заемщикам, претендующим на получение льготных кредитов за ряд лет показывает, что субсидии по данной мере поддержки в Псковской области на 30 % и более распределяются также между юридическими лицами, входящими в Великолукский мясокомбинат. Далее мы обратимся к более подробному анализу размещения активов данного холдинга и его влияния на территориально-отраслевую структуру сельскохозяйственного производства.

Влияние размещения активов группы компаний
«Великолукский мясокомбинат» на территориально-отраслевую организацию сельскохозяйственного производства

Группа компаний «Великолукский мясокомбинат» была основана в 2000-х гг., но основное развитие произошло в 2010-е гг. Деятельность группы компаний сосредоточена на свиноводстве, но помимо этого профиль работы охватывает выращивание зерновых культур, производство комбикормов. В состав холдинга также входят собственная торговая сеть и транспортно-логистический комплекс. Организационная структура представлена двумя основными компаниями: ОАО «Великолукский мясокомбинат» и взаимосвязанными предприятиями ООО «ВСГЦ» и ООО «Великолукский свиноводческий комплекс», которые занимаются сельскохозяйственной деятельностью и производством комбикормов.

Активы компании включают 56 свинокомплексов в шести районах Псковской области (в Великолукском, Красногородском, Куньинском, Невельском, Опочецком и Усвятском). Строительство агрохолдингов началось в 2012 г. в Невельском районе, затем в середине 2010-х гг. переместилось в Усвятский и Великолукский районы, продвигаясь постепенно в юго-восточном направлении. В 2019 г. агрохолдинг пришел на запад области, разместив свои активы в Красногородском и Опочецком районах. При этом агрохолдинг продолжает развивать деятельность и на юге области (рис. 4).

4

Динамика распространения активов группы компаний «Великолукский мясокомбинат»

Кроме того, в составе холдинга находится 31 земельный участок, предназначенный для выращивания зерновых культур общей площадью более 3,5 тыс. га. Это позволяет предположить, что компания помимо собственного производства кормов закупает либо готовые корма у других производителей, либо зерно для производства собственных комбикормов. Посевные площади компании компактно расположены в трех районах Псковской области в небольшом удалении от свинокомплексов: в Красногородском (вблизи д. Дятлово и Котяги), Новосокольническом (вблизи д. Горожане) и Невельском районах (вблизи д. Дубище и Тычкино). Общая посевная площадь в каждом районе приблизительно равна и составляет более 1 тыс. га.

Проводимые нами экспертные интервью неоднократно подтверждали, что одной из ключевых проблем сельского хозяйства в периферийных районах является отсутствие кадров, а в имеющихся небольших сельскохозяйственных организациях — низкая, неконкурентоспособная заработная плата (в сравнении с торговлей, например). «Вымирание традиционного хозяйства» — так ряд экспертов характеризует ситуацию в сельском хозяйстве в районах, куда стремятся агрохолдинги. Работа на фермах, входящих в состав холдинга, чаще всего обеспечивает достойный уровень заработной платы.

Определенную роль играет транспортное положение относительно центров расселения, так как агрохолдинги чаще всего используют подвоз кадров для работы из недалеко расположенных городских центров. Причиной этому является стремительная депопуляция сельской местности и зачастую полное отсутствие кадров, которые могут и стремятся работать. Сопоставление карты размещения активов группы компаний «Великолукский мясокомбинат» с транспортным каркасом территории также позволяет предположить, что компания ориентируется на удобную логистику. Так, в Невельском районе значительную часть работников свинокомплексов ежедневно привозят в том числе из-за пределов района, например из Великих Лук. По данным опрошенных экспертов, квалифицированные кадры и часть рядового персонала привлекают также из Беларуси.

Псковская область — регион значимых внутрирегиональных различий в уровне развития сельского хозяйства. Разрыв в объемах производства между районом-лидером и аутсайдером составляет более 100 раз. Процесс территориального сжатия сельскохозяйственного производства в Псковской области сопровождался формированием двух изолированных полюсов роста отрасли — вокруг Пскова и Великих Лук, что полностью совпадает с концентрацией активов крупнейших игроков рынка, главным из которых является Великолукский мясокомбинат.

Основной территориальный сдвиг в сельскохозяйственном производстве Псковщины явно коррелирует с описанным выше пополнением активов Великолукского мясокомбината (рис. 4, 5). Одни из наиболее отстающих районов в 2010 г. — Невельский и Усвятский — к концу десятилетия стали лидерами по объему производства сельскохозяйственной продукции в области. Также значительно увеличили объемы производства сельскохозяйственной продукции Красногородский, Куньинский и Великолукский районы. Соответственно, основные изменения территориальной структуры обусловлены изменениями в животноводческом секторе.

5

Динамика производства сельскохозяйственной продукции в 2010—2021 гг.

Рост производства наблюдается и в Псковском районе, однако его удельный вес в общем объеме сельскохозяйственного производства области заметно сокращается. Расположенный здесь агрохолдинг ПсковАгроИнвест не сопоставим по масштабам и темпам развития с Великолукским мясокомбинатом.

В растениеводстве наблюдается несколько иная ситуация (рис. 6). Наибольшие темпы роста показывают Островский, Палкинский и Пыталовский районы. На них приходится почти 15 % всей растениеводческой продукции области. В районах, где располагаются посевные площади зерновых и кормовых культур Великолукского мясокомбината, существенных изменений не отмечается, так как площадь посевов компании не столь велика.

6

Динамика производства продукции растениеводства и животноводства в 2010—2021 гг.

Значительные изменения коснулись производства скота и птицы на убой (рис. 7), особенно в Красногородском, Опочецком, Невельском, Великолукском, Куньинском и Усвятском районах — местах концентрации свиноводческих площадок Великолукского мясокомбината. Присутствие такого агрогиганта привело к коренным изменениях в организационной структуре сельского хозяйства — полному вытеснению производства скота и птицы в крестьянско-фермерских и личных подсобных хозяйствах граждан. Сокращение доли производства в личных подсобных хозяйствах также отмечается в районах, близко расположенных к активам агрохолдинга, — Новосокольническом, Островском и Новоржевском.

Размеры посевных площадей зерновых и зернобобовых культур также существенно изменились (рис. 8). Наиболее сильно посевная площадь зерновых и зернобобовых культур сократилась на севере области — в Струго-Красненском и Дедовичском районах — сокращение составило более 50 %. В районах, расположенных около Пскова и Псковского района, наблюдается обратная динамика — посевная площадь зерновых и зернобобовых значительно увеличивается. То же самое наблюдается и вблизи г. Великие Луки. Деятельность Великолукского мясокомбината мало сказалась на территориальной организации производства зерновых и зернобобовых культур. Лишь в Невельском районе отмечается существенное увеличение посевных площадей, и это было достигнуто за счет эффекта низкой базы.

7

Динамика объемов производства скота и птицы на убой в 2010—2021 гг.

8

Динамика площади посевов зерновых и зернобобовых культур в 2006—2021 гг.

Наше исследование на материалах Псковской области показывает, что крупные агрохолдинги являются главным фактором территориальных, отраслевых и организационных изменений в сельском хозяйстве. Развитие агрохолдингов идет параллельно с процессом кардинальной перестройки организационной структуры производства отдельных видов сельскохозяйственной продукции, становясь, с одной стороны, причиной упадка малых форм хозяйствования, а с другой — его следствием. Распространение агрохолдингов привело к восстановительному росту сельского хозяйства и коренным образом изменило сельскохозяйственный профиль области. После 2010 г. она превратилась в регион с выраженной свиноводческой специализацией, при этом в большинстве отраслей, за исключением зерноводства, обеспечивающего кормовой базой свиней, так и не были достигнуты даже показатели 2000 г., не говоря уже о показателях 1991 г.

Выводы

Кризисные явления в сельском хозяйстве Псковской области в 1990-е гг. происходили во многом тяжелее, чем в других частях страны, в силу глубины процессов депопуляции, особенностей специализации и географического положения региона. Соседство с Беларусью, где сельское хозяйство получало существенную поддержку от государства, сделало прежние региональные отрасли специализации (льноводство, молочно-мясное скотоводство) неконкурентоспособными. Сельское население вследствие кризиса экономики ускоренными темпами стягивалось в ближайшие агломерации Санкт-Петербурга и Москвы. В результате личные подсобные и фермерские хозяйства на фоне деградировавшей колхозной системы лишь в первое постсоветское десятилетие были опорой сельхозпроизводства, а уже в 2000- е гг. и особенно после 2010 г. ведущую роль в большинстве отраслей начали играть агрохолдинги. Подобные тенденции представляются весьма типичными для периферийных приграничных регионов с выраженным оттоком населения, с наличием ярких институциональных градиентов в развитии экономики по сравнению с сопредельной страной и при этом с логистически удобным доступом к рынкам сбыта.

Влияние агрохолдингов приводит к последовательному переходу от первоначального пространственного сжатия сельского хозяйства и агломерирования в прицентральных районах к экспансии в периферийные районы с легким доступом к свободной земле и низкой плотностью сельского населения. Последнее особенно актуально для развития свиноводческого направления. Это хорошо иллюстрируется на примере Псковской области.

Приграничное положение по-разному влияет на крупные холдинги и на малые и средние формы хозяйствования. Конкуренция с производителями из сопредельной страны (можно ее не выдержать и прекратить деятельность), а также протекционистские меры внешних рынков играют значимую роль для небольших сельскохозяйственных организаций. В то же время для крупных холдингов приоритетное значение имеют скорее емкость рынка окружающей территории и платежеспособность населения. Так, рынок стран ЕС до введения санкционных ограничений был одним из важных факторов развития агрохолдингов в Псковской области. Адаптационная способность крупных холдингов очень велика. Рост государственной поддержки агропромышленного комплекса в новых условиях использовался агрохолдингами для успешного освоения внутреннего рынка, а зарубежный экспорт переориентировался на дальние связи со странами Восточной и Юго-Восточной Азии.

Сопоставительный анализ динамики производства отдельных видов сельскохозяйственной продукции и распространения активов агрохолдинга в пределах региона позволил выделить ряд значимых тенденций. Пример смещения активности Великолукского мясокомбината на юго-запад Псковской области иллюстрирует типичные последствия для сельских сообществ в периферийных регионах. Так, на юго-западе области наблюдается почти полное исчезновение скота и птицы в крестьянско-фермерских и личных подсобных хозяйствах, что «подрывает» экономику сельских сообществ и усиливает депопуляцию. Несмотря на то что предприятия агрохолдинга предлагают конкурентоспособную заработную плату, они имеют достаточно высокую производительность труда и не нуждаются в большом числе наемных работников. Некоторые предприятия практикуют подвоз работников из близлежащих городских центров и даже соседней Беларуси. Кроме того, депопуляция сельской местности снижает вероятность конфликтов при расширении ферм и соответствующих санитарно-защитных зон. На основании проведенных интервью с экспертами можно утверждать, что животноводческие агрохолдинги в целом и Великолукский мясокомбинат в частности нередко являются бенефициарами социального опустынивания сельской местности. Особо значимых территориально-­отраслевых изменений в растениеводстве в связи с деятельностью агрохолдингов не происходит. Ареалы возделывания разных культур довольно стабильны в последние годы, а корреляция с деятельностью свиноводческих комплексов ожидаемо наблюдается в зерновом хозяйстве (особенно в отношении объемов производства зерна).

Исследование выполнено при финансовой поддержке проекта РНФ № 24-27-00400 «Адаптация функций и территориальных структур приграничных регионов России в условиях рестрикций».