NONE20260606195118652Балтийский федеральный университет имени Иммануила Кантаno-reply@balticregion.kantiana.ruБалтийский федеральный университет имени Иммануила КантаБалтийский регион2074-98482310-053206062026152Migration distances in Russia: a demographic profile of migrantsЛ. Б.КарачуринаНИУ «Высшая школа экономики»https://orcid.org/0000-0001-7760-7925Н. В.МкртчянНИУ «Высшая школа экономики»https://orcid.org/0000-0001-9603-0594Дальность миграции связана с событиями жизненного пути, которые, в свою очередь, маркируются возрастом. Также дальность перемещений является критерием, делимитирующим миграцию и иные формы пространственной мобильности. Цель данной статьи — рассчитать дальность внутристрановых переселений в России в 2011—2020 гг. и проанализировать, какие особенности присущи ей в зависимости от пола, возраста и типа регистрации. Для расчета расстояний миграции использовались геокоординаты около 130 тыс. населенных пунктов России, рассчитывались так называемые евклидовы расстояния, учитывающие кривизну земной поверхности. На основе евклидовых расстояний вычислялась дальность миграции: суммарное расстояние всех миграционных перемещений взвешивалось на суммарное число миграционных перемещений. Аналогичным образом оценивалась дальность миграции населения России по различным признакам: возрасту, полу, виду регистрации. Исследование показало, что 31,3 % внутрироссийских переселений осуществляется на очень короткие, не превышающие 50 км, расстояния; 43,5 % — на расстояния, не превышающие 100 км. Расчет средней дальности миграции показал, что она имеет два возрастных пика — 22— 23 года и 50—70 лет, причем первый пик характерен только для мужчин. В остальном дальность миграции мужчин и женщин имеет мало различий. Переселения, регистрируемые по месту пребывания, осуществляются на более дальние расстояния, чем регистрируемые по месту жительства. Однако самая низкая дальность миграции приходится на возраст 16 лет и связана, видимо, с переездом на учебу в один из ближайших населенных пунктов, имеющих учреждение сети специального профессионального образования.0606202642210.5922/2079-8555-2023-2-1https://balticregion.kantiana.ru/baltic_region/5341/41567/Ravenstein, E. G. 1885, The laws of migration, Journal of the Statistical Society, № 46, p. 167—235, https://doi.org/10.2307/2979181.Stillwell, J., Thomas, M. 2016, How far do internal migrants really move? Demonstrating a new method for the estimation of intra-zonal distance, Regional Studies, Regional Science, vol. 3, № 1, p. 28—47, https://doi.org/10.1080/21681376.2015.1109473.Greenwood, M. J. 1975, Research on internal migration in the United States: A survey, Journal of Economic Literature, vol. 13, № 2, p. 397—433.Boehm, T. P., Ihlanfeld, K. R. 2006, Residential mobility and neighborhood quality, Journal of Regional Science, vol. 26, № 2, p. 411—424, https://doi.org/10.1111/j.1467-9787.1986.tb00828.x.Schwartz, A. 1973, Interpreting the effect of distance on migration, The Journal of Political Economy, vol. 81, № 5, p. 1153—69.Ritchey, N. P. 1976, Explanations of migration, Annual Review of Sociology, № 2, p. 363— 404.Niedomysl, T., Fransson, U. 2014, On distance and the spatial dimension in the definition of internal migration, Annals of the Association of American Geographers, № 104, p. 357—372, https://doi.org/10.1080/00045608.2013.875809.Thomas, M., Gillespie, B., Lomax, N. 2019, Descriptive Finding Variations in migration motives over distance, Demographic research, vol. 40, article 38, p. 1097—1110, https://doi.org/10.4054/DemRes.2019.40.38.Kulu, H., Milewski, N. 2007, Family change and migration in the life course: An introduction, Demographic Research, vol. 17, № 19, p. 567—590, https://doi.org/10.4054/DemRes.2007.17.19.Champion, T., Fotheringham, S., Rees, P., Boyle, P., Stillwell, J. 1998, The Determinants of Migration Flows in England: A Review of Existing Data and Evidence. Newcastle upon Tyne: Report prepared for the Department of Environment, Transport and the Regions, Department of Geography, University of Newcastle upon Tyne.Clark, W. A. V., Withers, S. 2007, Family migration and mobility sequences in the United States: Spatial mobility in the context of the life course, Demographic Research, vol. 17, article 20, p. 591—622, https://doi.org/10.4054/DemRes.2007.17.20.Niedomysl, T. 2011, How migration motivations change over migration distance: Evidence on variations across socioeconomic and demographic groups, Regional Studies, № 45, p. 843—855, https://doi.org/10.1080/00343401003614266.Thomas, D. 1938, Research Memorandum on Migration Differentials, New York: Social Science Research Council.White, M. J., Mueser, P. R. 1988, Implications of Boundary Choice for the Measurement of Residential Mobility, Demography, vol. 25, № 3, p. 443—459.Hipp, J. R., Boessen, А. 2017, The Shape of Mobility: Measuring the Distance Decay Function of Household Mobility, The Professional Geographer, vol. 69, № 1, p. 32—44, https://doi.org/10.1080/00330124.2016.1157495.van Ham, M., Mulder, C. H., Hooimeijer, P. 2001, Spatial flexibility in job mobility: macrolevel opportunities and microlevel restrictions, Environment and Planning A, № 33, p. 921—940, https://doi.org/10.1068/a33164.Thomas, M., Stillwell, J., Gould, M. 2015, Modelling multilevel variations in distance moved between origins and destinations in England and Wales, Environment and Planning A, № 47, p. 996—1014, https://doi.org/10.1068/a130327p.Plane, D., Jurjevich, J. 2009, Ties That No Longer Bind? The Patterns and Repercussions of Age Articulated Migration, The Professional Geographer, vol. 61, № 1, p. 4—20, https://doi.org/10.1080/00330120802577558.Raymer, J., Abel, G., Smith, P. W. F. 2007, Combining census and registration data to estimate detailed elderly migration flows in England and Wales, Royal Statistical Society, vol. 170, № 4, p. 891—908, https://doi.org/10.1111/j.1467-985X.2007.00490.x.Rogers, A., Racquillet, R., Castro, L. J. 1978, Model migration schedules and their applications, Environment and Planning A, vol. 10, № 5, p. 475—502, https://doi.org/10.1068/a100475.Nivalainen, S. 2004, Determinants of family migration: short moves vs. long moves, Journal of Population Economics, № 17, p. 157—175, https://doi.org/10.1007/s00148-003-0131-8.Nisic, N., Kley, S. 2019, Gender-specific effects of commuting and relocation on a couple’s social life, Demographic Research, № 40, p. 1047—1062, https://doi.org/10.4054/DemRes.2019.40.36.Мкртчян, Н. В. 2021, Половые диспропорции в потоках долговременной миграции в России, Демографическое обозрение, т. 8, № 3, с. 6—19, https://doi.org/10.17323/demreview.v8i3.13264.Герасимов, А. А. 2022, Соотношение полов во внутрирегиональной миграции в России: пространственная и возрастная дифференциация, Демографическое обозрение, т. 9, № 1, с. 92—108, https://doi.org/10.17323/demreview.v9i1.14575.Ravenstein, E. G. 1889, The Laws of Migration, Journal of the Statistical Society of London, vol. 52, № 2, p. 241—305.Kontuly, T., Tammaru, Т. 2006, Population subgroups responsible for new urbanization and suburbanization in Estonia, European Urban and Regional Studies, vol. 13, № 4, p. 319—336, https://doi.org/10.1177/0969776406065435.Halas´, M., Klapka, P. 2021, Revealing the structures of internal migration: A distance and a time-space behaviour perspectives, Applied Geography, vol. 137, 102603, https://doi.org/10.1016/j.apgeog.2021.102603.Long, L., Tucker, C. J., Urton, W. L. 1988, Migration distances: an international comparison, Demography, vol. 25, p. 633—640, https://doi.org/10.2307/2061327.Stillwell, J., Bell, M., Ueffing, P., Daras, K., Charles-Edwards, E., Kupiszewski, M., Kupiszewska, D. 2016, Internal migration around the world: Comparing distance travelled and its frictional effect, Environment and Planning А, vol. 48, № 8, p. 1657—1675, https://doi.org/10.1177/0308518X16643963.Boyle, P. J., Flowerdew, R. 1997, Improving distance estimates between areal units in migration models, Geographical Analysis, № 29, p. 93—107, https://doi.org/10.1111/j.1538-4632.1997.tb00950.x.Татевосов, Р. В. 1971, Анализ дальности миграций городского населения СССР и некоторые вопросы моделирования и прогнозирования миграций, автореф. дис. … канд. геогр. наук. М., 18 с.Татевосов, Р. В. 1973, Исследование пространственных закономерностей миграции населения, в Статистика миграции населения, Рябушкин, Т. В. (ред.), с. 35—48.Мкртчян, Н. В., Карачурина, Л. Б. 2004, Дальность межрайонной миграции в России: тенденции и современная ситуация, Научные труды ИНП РАН, М.: МАКС Пресс, с. 488— 504.Мкртчян, Н. В., Гильманов, Р. И. 2023, Движение вверх: миграция между уровнями поселенческой иерархии в России в 2010-е гг., Известия РАН. Сер.: Географическая, т. 87, № 1, с. 29—41, https://doi.org/10.31857/S2587556623010132.Махрова, А. Г., Бабкин, Р. А. 2019, Методические подходы к делимитации границ Московской агломерации на основе данных сотовых операторов, Региональные исследования, № 2, с. 48—57, https://doi.org/10.5922/1994-5280-2019-2-5.Трейвиш, А. И. 2009, Город, район, страна и мир. Развитие России глазами страноведа, М.: Новый хронограф.Bálint, L., Obádovics, C. 2020, Internal migration: In Monostori, J., ˝Ori, P., Sp´eder, Z. (eds.), Demographic Portrait of Hungary 2018, Budapest: Hungarian Demographic Research Institute, p. 217—235.Карачурина, Л. Б. 2022, Урбанизация или субурбанизация определяет миграцию населения в Московской области? Вестник Санкт-Петербургского университета. Науки о Земле, № 67 (2), с. 360—381, https://doi.org/10.21638/spbu07.2022.208.Shryock, H. S., Siegel, J. S. 1971, The Methods and Materials of Demography, Washington, D.C.: U.S. Government Printing Office.Kley, S. 2011, Explaining the Stages of Migration within a Life-course Framework, European Sociological Review, vol. 27, № 4, p. 469—486, https://doi.org/10.1093/esr/jcq020.Plane, D. A., Henrie, C. J., Perry, M. J. 2005, Migration up and down the urban hierarchy and across the life course, Proceedings of the National Academy of Sciences, vol. 102, № 43, р. 15313—15318, https://doi.org/10.1073/pnas.0507312102.Фаузер, В. В., Лыткина, Т. С., Фаузер, Г. Н. 2017, Государственные преференции для населения отдалённых и северных территорий России, Арктика и Север, № 29, с. 90—127, https://doi.org/10.17238/issn2221-2698.2017.29.90.Sander, N., Bell, M. 2014, Migration and retirement in the life course: Аn event history approach, Journal of Population Research, vol. 31, № 1, p. 1—27, https://doi.org/10.1007/s12546-013-9121-1.Карачурина, Л. Б., Иванова, К. А. 2017, Миграция пожилых в России (по данным переписи населения 2010 г.), Региональные исследования, № 3, с. 51—60.Габдрахманов, Н. К., Карачурина, Л. Б., Мкртчян, Н. В., Лешуков, О. В. 2022, Образовательная миграция молодежи и оптимизация сети вузов в разных по размеру городах, Вопросы образования, № 2, с. 88—116, https://doi.org/10.17323/1814-9545-2022-2-88-116.Мкртчян, Н. В. 2015, Миграция в Москве и Московской области: региональные и структурные особенности, Региональные исследования, № 3, с. 107—116.Чудиновских, О. С. 2004, О критическом состоянии учета миграции в России, Вопросы статистики, № 10, с. 27—36.Comparative analysis of the territorial support frame of settlement in coastal areas: the case of St. Petersburg and Kaliningrad regionsН. М.МежевичИнститут Европы Российской академии наукhttps://orcid.org/0000-0003-3513-2962Д. И.ОлифирЛенинградский государственный университет им. А. С. Пушкинаhttps://orcid.org/0000-0002-0784-7699Логика глобализации снижала запрос на сравнительные исследования как на международном, так и на национальных (региональных) уровнях. В ряду наиболее значимых объектов изучения следует указать процессы урбанизации в староосвоенных, приморских районах, которые в европейской урбанистике доказывают определяющее влияние приморского положения на пространственное развитие и урбанизацию. Для достижения целей теории и решения практических задач необходим качественный и количественный анализ процессов урбанизации приморских районов. Целью статьи является определение степени соответствия территориальных опорных каркасов расселения Санкт-Петербургского региона и Калининградской области современным условиям развития систем расселения. Было проведено картографическое моделирование сложившихся структур расселения Санкт-Петербургского региона и Калининградской области с использованием программного обеспечения «Golden Software Surfer 20». Построены соот­ветствующие картографические модели с изолиниями, отражающими поля пространственной структуры городского расселения. Проанализированы системы расселения с позиций транспортных коммуникаций, для чего осуществлены расчеты коэффициентов Энгеля и Гольца, результаты которых показали, что наиболее высокий уровень развития в двух рассматриваемых регионах имеет автомобильный транспорт, а наиболее низкий — внутренний водный транспорт. Авторы пришли к выводу о том, что в настоящее время территориальное развитие и процессы урбанизации ведут к углублению моноцентрической модели пространственной структуры. Экономические эффекты моноцентричности близки к исчерпанию, пределы поляризации и эффективного роста в этой модели практически достигнуты, поэтому необходим переход к полицентрической модели урбанизации за счет формирования и развития локальных центров и углубления транспортных связей между ними. Линейно-узловая модель расселения рассматривается как наиболее перспективная для двух приграничных приморских регионов России в новых экономических и политических условиях. Проведенное исследование позволило определить локальные ядра притяжения населения, которые могут составить потенциальную основу при переходе на линейно-узловую модель расселения.06062026234010.5922/2079-8555-2023-2-2https://balticregion.kantiana.ru/baltic_region/5341/41579/Дружинин, А. Г. 2017, Трансграничное кластерообразование в приморских зонах Европейской части России: факторы, модели, экономические и экистические эффекты, Ростов-на-Дону: Изд-во Южного федерального университета, 421 с.Lever, W. F. 1999, Competitive Cities in Europe, Urban Studies, vol. 36, № 5-6, p. 1029— 1044, https://doi.org/10.1080/004209899334.Singleton, A. D., Longley, P. 2015, The internal structure of Greater London: a comparison of national and regional geodemographic models, Geo. Open Access: geography and environment, vol. 2, № 1, p. 69—87, https://doi.org/10.1002/geo2.7.Fang, C., Yu, D. 2017, Urban agglomeration: An evolving concept of an emerging phenomenon, Landscape and Urban Planning, vol. 162, p. 126—136, https://doi.org/10.1016/j.landurbplan.2017.02.014.Klaesson, J., Johansson, B., Karlsson, Ch. 2011, Metropolitan Regions: Preconditions and Strategies for Growth and Development in the Global Economy, CESIS Electronic Working Paper Series, Paper № 253, August.Lei, W., Jiao, L., Xu, G., Zhou, Z. 2022, Urban scaling in rapidly urbanising China, Urban Studies, vol. 59, № 9, p. 1889—1908, https://doi.org/10.1177/00420980211017817.Джекобс, Дж. 2011, Смерть и жизнь больших американских городов, М., Новое издательство, 460 с.Paulsen, K. 2012, Yet even more evidence on the spatial size of cities: Urban spatial expansion in the US, 1980—2000, Regional Science and Urban Economics, vol. 42, р. 561—568, https://doi.org/10.1016/j.regsciurbeco.2012.02.002.Logan, J. R., Molotch, H. L. 1987, Urban Fortunes: The Political Economy of Place, Berkeley, CA: University of California Press, 383 p.Krugman, P. 1999, The Role of Geography in Development, International Regional Science Review, vol. 22, iss. 2, р. 142—161, https://doi.org/10.1177/016001799761012.Roseland, M., Soots, L. 2014, “Strengthening local economies” from state of the world 2007: Our urban future (2007), In: The Sustainable Urban Development Reader, Third Edition, p. 293—303.Махрова, А., Нефедова, Т., Трейвиш, А. 2012, Московская агломерация и «Новая Москва», Pro et Contra, ноябрь—декабрь, с. 19—32.Тисс, Ж.-Ф., 2012, Новая экономическая география и Город, URL: https://ces.hse.ru/2012/04/16/thisse_neg (дата обращения: 23.10.2022).Растворцева, С. Н., Снитко, Л. Т. 2020, Региональная специализация и агломерационные эффекты в экономике России, Экономические и социальные перемены: факты, тенденции, прогноз, т. 13, № 3, с. 46—58, https://doi.org/10.15838/esc.2020.3.69.4.Glaeser, E. L. 2008, Cities, Agglomeration and Spatial Equilibrium, Oxford: Oxford University Press, 275 р.Borsdorf, A., Salet, W. 2007, Spatial reconfiguration and problems of governance in urban regions of Europe: An introduction to the Belgeo issue on advanced service sectors in European urban regions, Belgeo, № 1, р. 3—14, https://doi.org/10.4000/belgeo.11604.Friedmann, J. 1966, Regional development policy, Boston: The MIT Press, 317 p.Валлерстайн, И. 2006, Миросистемный анализ, М.: Издательский дом «Территория будущего», 248 с.Florida, R. 2017, The New Urban Crisis: How Our Cities Are Increasing Inequality, Deepening Segregation, and Failing the Middle Class — and What We Can Do About It, Hachette UK: Basic Books, 336 p.Storper, M. 2013, Keys to the City: How Economics, Institutions, Social Interaction, and Politics Shape Development, Princeton: Princeton University Press, 288 p.Rodriguez-Pose, A., Storper, M. 2020, Housing, urban growth and inequalities: The limits to deregulation and upzoning in reducing economic and spatial inequality, Urban Studies, vol. 57, № 2, p. 223—248, https://doi.org/10.1177/0042098019859458.Fox, S., Goodfellow, T. 2022, On the conditions of «late urbanization», Urban Studies, vol. 59, № 10, p. 1959—1980, https://doi.org/10.1177/0042098021103265.Caragliu, A., Del Bo, C. F. 2022, Smart cities and urban inequality, Regional Studies, vol. 56, № 7, p. 1097—1112, https://doi.org/10.1080/00343404.2021.1984421.Nugent, D., Suhail, A. 2021, Crisis, disorder and management: Smart cities and contemporary urban inequality, In: Pardo, I., Prato, G. (eds.), Urban Inequalities. Palgrave Studies in Urban Anthropology, Palgrave Macmillan, Cham, https://doi.org/10.1007/978-3-030-51724-3_8.Грицай, О. В., Иоффе, Г. В., Трейвиш, А. И. 1991, Центр и периферия в региональном развитии, М.: Наука, 168 с.Зубаревич, Н. В. 2019, Неравенство регионов и крупных городов России: что изменилось в 2010-е годы?, Общественные науки и современность, № 4, с. 57—70, https://doi.org/10.31857/S086904990005814-7.Голубчиков, О. Ю., Махрова, А. Г. 2013, Факторы неравномерного развития российских городов, Вестник Московского университета, Серия 5: География, № 2, с. 54—60.Нефедова, Т. Г., Трейвиш, А. И. 1998, «Сильные» и «слабые» города России, Полюса и центры роста в региональном развитии, М.: Институт географии РАН, с. 157—167.Манаева, И. В. 2017, Особенности социально-экономического неравенства в городах России, Экономический анализ: теория и практика, т. 16, № 5, с. 960—970, https://doi.org/10.24891/ea.16.5.960.Turok, I., McGranahan, G. 2013, Urbanization and Economic Growth: The Arguments and Evidence for Africa and Asia, Environment and Urbanization, vol. 25, № 2, р. 465—482, https://doi.org/10.1177/0956247813490908.Guevara, K. 2016, Effects of growth agglomeration in spatially interdependent regions of Latin America, Journal of Applied Economic Sciences, vol. 11, № 7, р. 1350—1367.Duran, H. E., Ozkan, S. 2015, Trade Openness, Urban Concentration and City-Size Growth In Turkey, Regional Science Inquiry, № 7, р. 35—46.Полян, П. М. 1988, Методика выделения и анализа опорного каркаса расселения, Ч. 1, М.: АН СССР, Институт географии, 220 с.Дружинин, А. Г. 2016, Социально-экономическое развитие приморских территорий Европейской части России: факторы, тренды, модели, Ростов-на-Дону: Изд-во Южного федерального университета, 236 с.Бакланов, П. Я. 2022, Устойчивое развитие приморских регионов: географические и геополитические факторы и ограничения, Балтийский регион, т. 14, № 1, с. 4—16, https://doi.org/10.5922/2079-8555-2022-1-1.Руус, Н. А., Кубина, Н. Е., Фарафонова, Ю. Ю. 2021, Возможности обеспечения устойчивого экономического развития приморских территорий региона Балтийского моря в условиях цифровой трансформации, Балтийский регион, т. 13, № 2, с. 7—26, https://doi.org/10.5922/2079-8555-2021-2-1.Федоров, Г. М., Корнеевец, В. С. 2015, Социально-экономическая типологизация приморских регионов России, Балтийский регион, № 4, с. 121—134, https://doi.org/10.5922/2074-9848-2015-4-7.Лачининский, С. С., Семенова, И. В. 2015, Позиционирование мирового приморского города Санкт-Петербурга в Балтийском регионе, Балтийский регион, № 3, с. 62—75, https://doi.org/10.5922/2074-9848-2015-3-4.Лачининский, С. С., Семенова, И. В. 2015, Санкт-Петербургский приморский регион: геоэкономическая трансформация территории, СПб.: Лема, 191 с.Дружинин, А. Г., Лачининский, С. С., Краснов, А. И., Сорокин, И. С. 2016, Поляризация системы расселения в приморской зоне Ленинградской области в 1989—2015 годах, Известия высших учебных заведений, Северо-Кавказский регион, Серия: Естественные науки, № 3 (191), с. 58—65, https://doi.org/10.18522/0321-3005-2016-3-58-65.Fedorov, G. M., Kuznetsova, T. Y., Razumovskii, V. M. 2017, How the proximity of the sea affects development of economy and the settlement pattern in Kaliningrad oblast, Regional Research of Russia, vol. 7, № 4, p. 352—362, https://doi.org/10.1134/S2079970517040025.Гуменюк, И. С., Гуменюк, Л. Г., Белов, Н. С. 2019, «Приморский фактор» в программах пространственного развития муниципальных образований Калининградской области, Вестник Балтийского федерального университета им. И. Канта, Серия: Естественные и медицинские науки, № 2, с. 5—22.Солодилов, В. В. 2021, Секторальные особенности территориального развития Петербургской городской агломерации, Экономика Северо-Запада: проблемы и перспективы развития, № 2 (65), с. 101—112, https://doi.org/10.52897/2411-4588-2021-2-101-112.Лосин, Л. А., Солодилов, В. В. 2020, Стратегическое транспортное планирование развития Санкт-Петербургской городской агломерации, Экономика Северо-Запада: проблемы и перспективы развития, № 1 (60), с. 84—93.Свириденко, М. В. 2021, Перспективные подцентры развития Санкт-Петербургской агломерации: тенденции и возможности пространственной трансформации, Экономика и управление, т. 27, № 2, с. 74—83, https://doi.org/10.35854/1998-1627-2021-2-74-83.Лачининский, С. С., Сорокин, И. С. 2021, Пространственная структура и особенности развития поселений Санкт-Петербургской агломерации, Балтийский регион, т. 13, № 1, с. 48—69, https://doi.org/10.5922/2079-8555-2021-1-3.Калмыков, М. Ю. 2021, Обоснование целесообразности внутригородского железнодорожного сообщения на примере Санкт-Петербургской агломерации, Экономика Северо-Запада: проблемы и перспективы развития, № 2 (65), с. 78—85, https://doi.org/10.52897/2411-4588-2021-2-78-85.Гуменюк, И. С., Юстратова, В. О. 2021, Трансформация системы расселения в Калининградской области, Вестник Балтийского федерального университета им. И. Канта, Серия: Естественные и медицинские науки, № 3, с. 31—41.Белова, А. В. 2018, Полусредние города Калининградской области и их потенциал поля расселения, Псковский регионологический журнал, № 3 (35), с. 26—34.Population change and the settlement system transformation in Poland, as revealed by the 2021 censusВ. Л.МартыновРоссийский государственный педагогический университет им. А. И. Герценаhttps://orcid.org/0000-0002-7741-1719И. Е.СазоноваРоссийский государственный педагогический университет им. А. И. Герценаhttps://orcid.org/0000-0002-3456-1223Цель статьи составляет анализ геодемографических изменений в современной Польше, опирающийся главным образом на материалы Национальной переписи населения и жилищ, проведенной в 2021 г. В ходе исследования использовались традиционные для социально-экономической географии методы, включая метод районирования. Численность населения Польши за межпереписной период (2011—2021 гг.) снизилась, но численность городского населения снижалась быстрее, чем сельского. Наиболее благополучными в геодемографическом отношении являются крупные районы и воеводства, «организующей осью» которых выступает Висла, — Мазовецкое, Малопольское, Поморское. Относительно благополучная демографическая ситуация наблюдается также в Великопольском воеводстве, в пределах которого сходятся основные сухопутные магистрали Польши. Районы и воеводства со сложной геодемографической ситуацией делятся на две группы: депрессивные и отсталые. К первой группе относятся старопромышленные воеводства Южной и Центральной Польши, к отсталым — главным образом воеводства Восточной Польши. Снижение численности населения в Восточной Польше приобретает повсеместный характер, по итогам переписи 2021 г. более или менее благополучными в демографическом отношении являются лишь главные города этих воеводств и примыкающие к ним территории. Столь неблагоприятное развитие событий во многом объясняется тем, что нынешнее правительство Польши сознательно сворачивает любое, в том числе приграничное, взаимодействие с Россией и Белоруссией, но для самой Польши это создает больше проблем, чем для ее восточных соседей. При сохранении существующих тенденций восточные воеводства — главная опора находящихся у власти правых консерваторов — могут очень быстро не только терять население, но и снижать уровень социально-экономического развития.06062026416110.5922/2079-8555-2023-2-3https://balticregion.kantiana.ru/baltic_region/5341/41580/Łakomy, M. 2016, Demografia polityczna i możliwości dla polityki pronatalistycznej w Polsce, Studia demograficzne, № 1 (169), s. 65—91, https://doi.org/10.33119/sd.2016.1.3 (in Polish).Porter-Szucs, B. 2011, Faith and Fatherland: Catholicism, Modernity, and Poland, Oxford University Press, https://doi.org/10.1093/acprof:oso/9780195399059.001.0001.Jedrzychowska, А., Kwiecień, I., Poprawska, E. 2020, The motherhood pension gap in a defined contribution pension scheme — the case of Poland, Sustainability, vol. 12, № 11, 4425, https://doi.org/10.3390/su12114425.Дегусарова, В. С., Мартынов, В. Л., Сазонова, И. Е. 2015, Демографическое развитие Польши за время ее членства в Евросоюзе, Известия Русского географического общества, т. 147, № 1, с. 77—86.Parysek, J., Mierzejewska, L. 2012, Trajectories of the demographic development of Poland after 1989, Bulletin of Geography. Socio-economic Series, № 17, s. 109—115, https://doi.org/10.1515/v10089-012-0011-7.Semiv, S., Berezivskiy, Y., Baranyak, I., Mulska, O., & Ivaniuk, U. 2021, Priorities and tools of regulation of external migration in the Carpathian region of Ukraine, Agricultural and Resource Economics: International Scientific E-Journal, vol. 7, № 2, p. 160—181, https://doi.org/10.51599/are.2021.07.02.09.Szymańska, W., Michalski, T. 2019, Population changes in former voivodeship cities in Poland in the context of suburbanization processes and loss of the administrative function, Environmental and Socio-Economic Studies, vol. 7, № 3, p. 66—78. doi: 10.2478/environ-2019-0018.Górz, B., Kurek, W. 2000, The population of the Polish countryside: Demography and living conditions, GeoJournal, № 50, p. 101—104, https://doi.org/10.1023/A:1007131515578.Жиров, А. А. 2019, Миграционные процессы на воссоединенных землях в Польше в 1945—1950 годах, Вестник Балтийского федерального университета им. И. Канта. Серия: Гуманитарные и общественные науки, № 1, с. 78—87.Rudnicki, R., Jezierska-Thöle, A., Wiśniewski, Ł., Janzen, J., Kozłowski, L. 2018, Former political borders and their impact on the evolution of the present-day spatial structure of agriculture in Poland, Studies in Agricultural Economics, vol. 120, № 1, p. 8—16, https://doi.org/10.7896/j.1728.Федоров, Г. М. 2014, Об актуальных направлениях геодемографических исследований в России, Балтийский регион, № 2, с. 7—28, https://doi.org/10.5922/2074-9848-2014-2-1.Кузнецова, Т. Ю., Федоров, Г. М. 2011, Территориальная дифференциация демографического развития Балтийского макрорегиона, Вестник Балтийского федерального университета им. И. Канта, № 1, с. 131—137.Зиновьев, А. С., Туров, Н. Л., Голиков, А. В. 2018, Постсоциалистические изменения политико-географической структуры Польши, Псковский регионологический журнал, № 1 (33), с. 24—39.Пальмовский, Т., Федоров, Г. М. 2019, Формирование российско-польского трансграничного региона и роль Калининградской агломерации и Трехградья (Гданьск — Гдыня — Сопот) в этом процессе, Балтийский регион, т. 11, № 4, с. 6—19, https://doi.org/10.5922/2079-8555-2019-4-1.Кузнецова, Т. Ю. 2018, Особенности динамики численности населения в граничащих друг с другом регионах России и стран Европейского союза, Балтийский регион, т. 10, № 3, с. 41—57, https://doi.org/10.5922/2079-8555-2018-3-3.Ляликова, В. И. 2016, Факторы повышения качества жизни населения в воеводствах Польши, Вестник Гродненского государственного университета им. Янки Купалы. Серия 5: Экономика. Социология. Биология, т. 6, № 3, с. 61—72.Мартынов, В. Л., Сазонова, И. Е. 2021, Территориальные особенности демографического развития в Польше под воздействием пандемии COVID-19, Псковский регионологический журнал, № 1 (45), с. 37—45, https://doi.org/10.37490/S221979310013636-2.Druzhinin, P. V., Molchanova, E. V. 2021, The first and second waves of the COVID-19 pandemic in the Russian regions: comparison of the change in the mortality rate, Journal of Siberian Federal University. Humanities & Social Sciences, vol. 14, № 7, p. 1028—1038, https://doi.org/10.17516/1997-1370-0782.Дружинин, П. В., Молчанова, Е. В. 2021, Смертность населения российских регионов в условиях пандемии COVID-19, Регионология, т. 29, № 3, с. 666—685, https://doi.org/10.15507/2413-1407.116.029.202103.666-685.Wojska radzieckie w Polsce 1939—1993. 2013, Legnica: Państwowa Wyższa Szkoła Zawodowa im. Witelona, 504 s.Попов, А. А. 2011, История развития Силезского воеводства в контексте региональной политики Польши и Европейского Союза (1990-е — 2000-е гг.), Известия высших учебных заведений. Уральский регион, № 1, с. 65—73.Петровская, О. 2012, Формирование границ Западной Белоруссии в 1939—1940 гг., Журнал российских и восточноевропейских исторических исследований, № 1 (4), с. 24—42.Маркелов, Н. А. 2017, Послевоенная Белосточчина: граница и национальный вопрос, Клио, № 12 (132), с. 159—164.Bugowski, L. K. 2019, Demographic determinants of the regional development in Eastern Poland, Economic and Environmental Studie, vol. 19, № 2, p. 163—183, https://doi.org/10.25167/ees.2019.50.1.Кузнецов, А. В. 2009, Региональная экономическая политика Польши, Мировая экономика и международные отношения, № 11, с. 68—77, https://doi.org/10.20542/0131-2227-2009-11-68-77.Федоров, Г. М. 2016, Проблемы трансграничного региоонобразования в российских регионах на Балтике, Социально-экономическая география. Вестник ассоциации российских географов-обществоведов, № 2, с. 82—92.Гуменюк, И. С., Студжиницки, Т. 2018, Транспортные связи и перспективы их развития между приграничными воеводствами Республики Польши и Калининградской областью Российской Федерации, Балтийский регион, т. 10, № 2, с. 114—132, https://doi.org/10.5922/2079-8555-2018-2-8.Гулина, О., Позняк А. 2018, Между Европой и Россией: география миграционных потоков из Украины после 2014 г., The Journal of Social Policy Studies, vol. 16, № 4, p. 561—576, https://doi.org/10.17323/727-0634-2018-16-4-561-576.Мартынов, В. Л., Сазонова, И. Е. 2017, Современные геодемографические проблемы Евросоюза и миграционный кризис 2010-х годов, Балтийский регион, т. 9, № 1, с. 96—112, https://doi.org/10.5922/2074-9848-2017-1-6.Мартынов, В. Л. 2001, Коммуникационная среда мира и общественное развитие, Мировая экономика и международные отношения, № 1, с. 27—33, https://doi.org/10.20542/0131-2227-2001-1-27-33.Зеленюк, Ю. М. 2017, Социально-экономические и территориальные аспекты интеграции Польши в Европейский союз, Известия Иркутского государственного университета. Серия: Науки о Земле, т. 21, с. 46—58.Кузнецов, А. В. 2016, Польша — мост или барьер для германо-российских экономических связей?, Современная Европа, № 4 (70), с. 79—82, https://doi.org/10.15211/soveurope420167982.The impact of the food embargo on con­sumer preferences and cross-border practices in the Kaliningrad regionК. А.МорачевскаяСанкт-Петербургский государственный университетИнститут географии РАНhttps://orcid.org/0000-0003-1269-1059А. В.ЛялинаБалтийский федеральный университет им. И. Кантаhttps://orcid.org/0000-0002-8479-413XИзучение продовольственного рынка российских регионов в условиях действия продовольственного эмбарго 2014 г. представляет широкий научный интерес для установления рисков продовольственной безопасности и возможностей их преодоления. Калининградская область, являясь эксклавным регионом России, наиболее остро из всех регионов страны отреагировала на введенные ограничения ввиду высокой зависимости продовольственного рынка от импорта готовой продукции и сырья из других стран или транзита через территории третьих стран из России. Целью настоящей статьи стала оценка трансформации потребительских предпочтений жителей Калининградской области в 2014—2021 гг. под влиянием введения продовольственного эмбарго. В круг научных вопросов также вошел анализ изменения трансграничной мобильности калининградцев, связанной с покупками продовольствия в соседних странах. Основным методом исследования стал социологической опрос, проведенный в сентябре 2021 г. с охватом 1019 респондентов. Дополнительно был осуществлен сравнительный анализ средних цен на продукты питания в регионе и соседних странах в 2012—2019 гг. на основе доступных статистических данных Калининградстата и национальных служб статистики в Польше и Литве. Были систематизированы способы приобретения продовольствия, попавшего под эмбарго, посредством контент-анализа социальных сетей, сервисов объявлений и совместных закупок, сайтов туристических агентств, региональных новостных порталов, страниц блогеров. В ходе исследования установлено, что одним из самых важных изменений на региональном рынке продовольствия стал рост цен на товарные группы, попавшие под запрет ввоза. Это привело к значительному увеличению доли калининградских и белорусских производителей в потребительской корзине местных жителей, на фоне роста объема и ассортимента продукции, появления новых производителей. В то же время высокая обусловленность приобретения «санкционных» товаров причинами нематериального характера (качество, собственные вкусовые предпочтения) определила сохраняющуюся приверженность местных жителей «старым» стратегиям даже в условиях значительных ограничений.06062026628110.5922/2079-8555-2023-2-4https://balticregion.kantiana.ru/baltic_region/5342/41581/Palmowski, T., Fedorov, G. M. 2020, The potential for development of Russian-Polish cross-border region, Geography, Environment, Sustainability, vol. 13, № 1, p. 21—28, https://doi.org/10.24057/2071-9388-2019-70.Морачевская, К. А., Лыжина, Е. А. 2020, Адаптация рынков продовольствия приграничных регионов к внешним вызовам: подходы к исследованию, Балтийский регион — регион сотрудничества. Регионы в условиях глобальных изменений, Материалы IV международной научно-практической конференции, Калининград: Изд-во БФУ им. И. Канта, с. 109—115.Ucak, H. 2012, Producer price disparities in the EU agriculture: divergence or convergence?, Agricultural Economics (Czech Republic), vol. 58, № 8, p. 367—371, https://doi.org/10.17221/84/2011-agricecon.Никифорова, И. В. 2015, Импортная продовольственная зависимость как угроза продовольственной безопасности Калининградской области, Вестник Балтийского федерального университета им. И. Канта, № 3, с. 84—90.Волошенко, К. Ю. 2021, Экономическая безопасность в границах экономической сложности, Регионология, т. 29, № 2, с. 401—426, https://doi.org/10.15507/2413-1407.115.029.202102.401-426.Lialina, A., Morachevskaya, K. 2022, Economic Access to Food and COVID-19: New Challenges for the Russian Exclave, Regional Research of Russia, № 12, p. 335—349, https://doi.org/10.1134/S2079970522700289.Конкина, В. С. 2019, Экономическая доступность продовольствия в контексте проведения политики протекционизма, ЭКО, № 8, с. 103—117.Ступникова9. Wegren, S. K., Nikulin, A. M., Trotsuk, I. 2017, The Russian variant of food security, Problems of Post-Communism, vol. 64, № 1, p. 47—62, https://doi.org/10.1080/10758216.2016.1163229.Wegren, S. K., Nikulin, A. M., Trotsuk, I. 2017, The Russian variant of food security, Problems of Post-Communism, vol. 64, № 1, p. 47—62, https://doi.org/10.1080/10758216.2016.1163229.Одегов, Ю., Гарнов, А. 2018, Импортозамещение в пищевой промышленности России, Федерализм, № 1, с. 200—213.Берендеева, Е. В., Ратникова, Т. А. 2022, О поселенческих и региональных различиях в воздействии продовольственного эмбарго на потребительские расходы домохозяйств, Вопросы экономики, № 3, с. 118—131, https://doi.org/10.32609/0042-8736-2022-3-118-131.Волчкова, Н. А., Кузнецова, П. О. 2019, Сколько стоят контрсанкции: анализ благосостояния, Журнал НЭА, № 3 (43), с. 173—183, https://doi.org/10.31737/2221-2264-2019-43-3-9.Shagaida, N., Uzun, V. 2017, The food embargo and choice of priopities, Problems of Economic Transition, vol. 59, № 1—3, p. 202—217, https://doi.org/10.1080/10611991.2017.1319197.Волошенко, К. Ю., Морачевская, К. А., Новикова, А. А., Лыжина, Е. А., Калиновский, Л. В. 2022, Трансформация продовольственной самообеспеченности Калининградской области в условиях внешних вызовов, Вестник Санкт-Петербургского университета. Науки о Земле, т. 67, № 3, с. 409—430, https://doi.org/10.21638/spbu07.2022.302.Зорина, С. И., Манцевич, И. В. 2016, Импортозамещение как фактор роста региональной экономики сельского хозяйства на примере Калининградской области, Электронный научно-методический журнал Омского ГАУ, № 2, URL: http://e-journal.omgau.ru/index.php/spetsvypusk-2/31-spets02/412-00161 (дата обращения: 09.10.2022).Van der Velde, B., Spierings, B. 2007, Cross Border Shopping and the “Bandwith of Familiarity”: Exploring the Positive Impact of National Borders on Consumer Mobility in the Euregion Rhine-Waal, Nijmegen: Nijmegen School of Management, URL: http://hdl.handle.net/2066/69012 (дата обращения: 11.11.2022).Sikos, T. T., Kovács, A. 2011, Retail competitiveness in a middle sized border town (Komárno, Slovakia), Hungarian Geographical Bulletin, vol. 60, № 3, p. 285—306.Stepanova, S. V., Shlapeko, E. A. 2018, Trends in the development of cross-border trade in the Russian-Finnish borderlands, Baltic Region, vol. 10, № 4, p. 103—117, https://doi.org/10.5922/2079-8555-2018-4-7.Зотова, М. В., Гриценко, А. А., Себенцов, А. Б. 2018, Повседневная жизнь в российском пограничье: мотивы и факторы трансграничных практик, Мир России, № 4, с. 56—77, https://doi.org/10.17323/1811-038X-2018-27-4-56-77.Dudzinska, K., Dyner, A. M. 2013, Maly ruch graniczny midzy obwodem kaliningradzkim a Polsk — wyzwania, szanse i zagrozenia, Policy Paper, № 29 (77).Malkowski, A. 2014, Maly ruch graniczny jako element ksztaltowania wspolpracy transgranicznej, Prace naukowe uniwersytetu ekonomicznego we wroclawiu, Research papers of Wroclaw university of economics, № 348, https://doi.org/10.15611/pn.2014.348.17.Piekutowska, A. 2016, Maly ruch graniczny — konsekwencje dla regionow przygranicznych, Politeja, Pismo Wydzialu Studiow Miedzynarodowych i Politycznych Uniwersytetu Jagiellonskiego, № 41, p. 99—114.Анисевич, Р., Пальмовский, Т. 2014, Польско-российское местное приграничное передвижение: опыт двух лет функционирования, Наука и туризм: стратегии взаимодействия, № 1, с. 26—31.Gumenyuk, I. S., Studzieniecki, T. 2018, Current and Prospective Transport Connections between Poland’s Border Voivodeships and Russia’s Kaliningrad Region, Baltic Region, vol. 10, № 2, p. 114—132, https://doi.org/10.5922/2079-8555-2018-2-8.Лисякевич, Р. 2016, Геоэкономика в торговых отношениях Польши и России, Современная Европа, № 6 (72), с. 88—96, https://doi.org/10.15211/soveurope620168896.Пальмовский, Т., Федоров, Г. М. 2020, Российско-польское пограничье: проблемы и перспективы развития трансграничных связей, Полис. Политические исследования, № 2, с. 178—191, https://doi.org/10.17976/jpps/2020.02.13.Evaluating the efficiency of the research sector in Russian regions: a dynamic data envelopment analysisТ. Р.ГареевСколковский институт науки и технологийhttps://orcid.org/0000-0002-6438-7772И. Ю.ПекерБалтийский федеральный университет им. И. Кантаhttps://orcid.org/0000-0002-5701-7538Т. Ю.КузнецоваБалтийский федеральный университет им. И. Кантаhttps://orcid.org/0000-0002-1523-2280Н. А.ЕлисееваКалининградский государственный технический университетhttps://orcid.org/0000-0003-0651-6692Анализ среды функционирования является одним из широко распространенных непараметрических методов сравнительной оценки эффективности. Среди многочисленных модификаций метода в последнее время основное внимание исследователей уделяется динамическим вариантам данного анализа. В настоящей статье мы используем динамический анализ для оценки эффективности научно-исследовательского сектора российских регионов. В качестве традиционных переменных входа используются численность научно-исследовательского персонала и затраты на исследования и разработки, а в качестве переменных выхода — публикационная и патентная активность. Для оценки динамики изменения показателей рассматривается достаточно длительный период с 2009 по 2020 г. Особенностью предлагаемой оценки является использование показателя качества публикационной активности как «переходящей» переменной (carry-over variable) наряду с накопленными затратами на исследования и разработки. В статье проводится сравнение результатов с более ранними оценками научно-технологической сферы российских регионов на основе анализа среды функционирования. Показано, что предлагаемая методика является полезным методом ранжирования, который дополняет имеющиеся оценки научно-технического потенциала регионов с точки зрения эффективности. Осуждаются перспективы и ограничения использования метода для оценки и прогнозирования научно-технологического облика регионов.060620268210210.5922/2079-8555-2023-2-5https://balticregion.kantiana.ru/baltic_region/5342/41582/Coelli, T., Rao, P., O’Donnel, C., Battese, G. 2005, An introduction to Efficiency and Productivity Analysis. Springer, NY, https://doi.org/10.1007/b136381.Cook, W., Seiford, L. 2009, Data envelopment analysis (DEA) — thirty years on, European Journal of Operational Research, vol. 192, № 1, p. 1—17, https://doi.org/10.1016/j.ejor.2008.01.032.Cooper, W. 2013, Data Envelopment Analysis. In: Gass, S. I., Fu, M. C. (eds.), Encyclopedia of Operations Research and Management Science, Springer, Boston, p. 349—358, https://doi.org/10.1007/978-1-4419-1153-7_212.Kao, C. 2014, Network data envelopment analysis: A review, European Journal of Operational Research, vol. 239, № 1, p. 1—16, http://dx.doi.org/10.1016/j.ejor.2014.02.039.Lee, D-J., Kim, M-S., Lee, K-W. 2022, A revised dynamic data envelopment analysis model with budget constraints, International Transactions in Operational Research, vol. 29, № 2, p. 1012—1024, https://doi.org/10.1111/itor.12810.Olesen, O. B., Petersen, N. C. 2016, Stochastic Data Envelopment Analysis — A review, European Journal of Operational Research, vol. 251, № 1, p. 2—21, https://doi.org/10.1016/j.ejor.2015.07.058.Krivonozhko, V. E., Utkin, O. B., Volodin, A. V., Sablin, I. A. 2002, Interpretation of modelling results in data envelopment analysis, Managerial Finance, vol. 28, № 9, p. 37—47, https://doi.org/doi:10.1108/03074350210768059.Кривоножко, В. Е., Лычев, А. В. 2010, Анализ деятельности сложных социально-экономических систем, М.: МАКС Пресс, 208 c.Уткин, О. Б. 2001, Аппарат оценки эффективности функционирования коммерческих банков, Банковские услуги, № 9, с. 16—19.Гаврилова, А. А., Колмыков, Д. С., Алфеев, А. А. 2006, Многокритериальная оценка эффективности модернизации генерирующего оборудования региональной энергосистемы, Вестник Самарского государственного технического университета. Серия: Технические науки, № 40, с. 155—161.Лотов, А. В. 2003, Компьютерная визуализация множества производственных возможностей в рамках анализа эффективности производственных единиц, Доклады Академии наук, т. 388, № 2, с. 171—173.Соловьев, М. Н., Пестриков, С. В. 2008, Разработка математической модели сравнительной оценки эффективности регионов России, Вестник Самарского государственного технического университета. Серия: Физико-математические науки, № 1(16), с. 175—177.Райнер, Д., Хофманн, П. 2012, Анализ эффективности процессов в цепях поставок, Российский журнал менеджмента, т. 10, № 2, с. 89—116.Федотов, Ю. В. 2012, Измерение эффективности деятельности организации: особенности метода DEA (анализа свертки данных), Российский журнал менеджмента, т. 10, № 2, с. 51—62.Матризаев, Б. Д. 2019, Исследование сравнительной эффективности национальной инновационной системы и качества экономического роста на примере сравнительного анализа стран ОЭСР и БРИКС, Вопросы инновационной экономики, т. 9, № 3, с. 673—692, https://doi.org/10.18334/vinec.9.3.40880.Сазонов, С. Н., Сазонова, Д. Д. 2014, Оценка технической эффективности фермерских хозяйств, Вестник Челябинской государственной агроинженерной академии, т. 69, с. 117— 125.Федорова, Е. А., Коркмазова, Б. К., Муратов, М. А. 2015, Оценка эффективности компаний с прямыми иностранными инвестициями: отраслевые особенности в РФ, Пространственная экономика, № 2, с. 47—63, https://doi.org/10.14530/se.2015.2.047-063.Kao, C. 2013, Dynamic data envelopment analysis: A relational analysis, European Journal of Operational Research, vol. 227, № 2, p. 325—330, http://dx.doi.org/10.1016/j.ejor.2012.12.012.Гохберг, Л. М. (ред.). 2021, Рейтинг инновационного развития субъектов Российской Федерации. Выпуск 7, М.: НИУ ВШЭ, 2021, 274 с.Lu, W. 2009, The evolution of R&D efficiency and marketability: Evidence from Taiwan’s IC-design Industry, Asian Journal of Technology Innovation, vol. 17, № 2, p. 1—26, https://doi.org/10.1080/19761597.2009.9668671.Chiu, Y. H., Huang, C. W., Chen, Y. C. 2012, The R&D value-chain efficiency measurement for high-tech industries in China, Asia Pacific Journal of Management, vol. 29, p. 989—1006, https://doi.org/10.1007/s10490-010-9219-3.Chen, K., Kou, M., Fu, X. 2018, Evaluation of multi-period regional R&D efficiency: An application of dynamic DEA to China’s regional R&D systems, Omega, vol. 74, p. 103—114, https://doi.org/10.1016/j.omega.2017.01.010.Belgin, O. 2019, Analysing R&D efficiency of Turkish regions using data envelopment analysis, Technology Analysis & Strategic Management, vol. 31, № 11, p. 1341—1352, https://doi.org/10.1080/09537325.2019.1613521.Firsova, A. A., Chernyshova, G. Y. 2019, Mathematical models for evaluation of the higher education system functions with DEA Approach, Izvestiya of Saratov University. New Series. Series: Mathematics. Mechanics. Informatics, vol. 19, № 3, p. 351—362, https://doi.org/10.18500/1816-9791-2019-19-3-351-362.Zemtsov, S., Kotsemir, M. 2019, An assessment of regional innovation system efficiency in Russia: the application of the DEA approach, Scientometrics, vol. 120, № 2, p. 375—404, https://doi.org/10.1007/s11192-019-03130-y.Левитес, Д. Г., Пунанцев, А. А. 2021, Территориальный образовательный сегмент как объект оценки условий функционирования региональных систем образования, Перспективы науки и образования, № 4 (52), с. 577—593, https://doi.org/10.32744/pse.2021.4.38.28. Ратнер, С. В., Ковалев, А. О. 2021, Методика оценки эффективности региональной системы экологического менеджмента на основе моделей анализа среды функционирования, Экономический анализ: теория и практика, т. 20, № 6, с. 1014—1042, https://doi.org/10.24891/ea.20.6.1014. Хрусталев, Е. Ю., Ратнер, П. Д. 2015, Оценка экологической эффективности электроэнергетических компаний России на основе методологии анализа среды функционирования, Экономический анализ: теория и практика, № 35 (434), с. 33—42.Ратнер, С. В., Ковалев, А. О. 2021, Методика оценки эффективности региональной системы экологического менеджмента на основе моделей анализа среды функционирования, Экономический анализ: теория и практика, т. 20, № 6, с. 1014—1042, https://doi.org/10.24891/ea.20.6.1014.Рослякова, Н. А. 2019, Метод DEA для оценки роли производительности труда в инновационном выпуске регионов СЗФО и Казахстана, Вестник Южно-Российского государственного технического университета (НПИ). Серия: Социально-экономические науки, № 6, с. 67—75, https://doi.org/10.17213/2075-2067-2019-6-67-75.Покушко, М. В., Ступина, А. А., Медина-Було, И., Дресвянский, Е. С. 2020, Исследование метода анализа среды функционирования и его применение для оценки эффективности предприятий топливно-энергетического комплекса, Вестник Кемеровского государственного университета. Серия: Политические, социологические и экономические науки, т. 5, № 2 (16), с. 251—262, https://doi.org/10.21603/2500-3372-2020-5-2-251-262.Ратнер, С. В. 2017, Динамические задачи оценки эколого-экономической эффективности регионов на основе базовых моделей анализа среды функционирования, Управление большими системами, № 67, с. 81—106.Комаревцева, О. О. 2016, Разработка модели эффективного управления изменениями на основе методики DEA в экономических системах муниципальных образований Орловской области, Экономический журнал, № 3 (43), с. 41—58.Алимханова, А. Н., Мицель, А. А. 2019, Оценка эффективности предприятий на основе метода DEA, Доклады ТУСУР, т. 22, № 2, с. 104—108, https://doi.org/10.21293/1818-0442-2019-22-2-104-108.Greene, W. 2005, Fixed and Random Effects in Stochastic Frontier Models, Journal of Productivity Analysis, vol. 23, p. 7—32, https://doi.org/10.1007/s11123-004-8545-1.Fritsch, M., Slavtchev, V. 2007, Universities and innovation in space, Industry and Innovation, vol. 14, № 2, p. 201—218, https://doi.org/10.1080/13662710701253466.Sivertsen, G., Rousseau, R., Zhang, L. 2019, Measuring scientific contributions with modified fractional counting, Journal of Informetrics, vol. 13, № 2, p. 679—694, https://doi.org/ 10.1016/j.joi.2019.03.010.Dezhina, I. G. 2017, Science and innovation policy of the Russian government: A variety of instruments with uncertain outcomes?, Public Administration Issues, № 5, p. 7—26, https://doi.org/10.17323/1999-5431-2017-0-5-7-26.Seiford, L., Zhu, J. 1998, On piecewise loglinear frontiers and log efficiency measures, Computers & Operations Research, vol. 25, № 5, p. 389—395, https://doi.org/10.1016/S0305-0548(97)00078-6.Saquib, N. 2014, Mathematica for Data Visualization, Packt Publishing.Efficiency analysis of seaports in Russia’s Baltic basin: performance evaluationХ.КитцманнТартуский университет, Эстонияhttps://orcid.org/0000-0001-6085-6204Е. Г.ЦыплаковаЛенинградский государственный университет им. А. С. Пушкинаhttps://orcid.org/0000-0002-8497-3963Г. И.СинькоЛенинградский государственный университет им. А. С. Пушкинаhttps://orcid.org/0000-0001-9966-930XА. В.СтримовскаяНациональный исследовательский университет «Высшая школа экономики»https://orcid.org/0000-0003-0332-1494К. А.РюмкинаНациональный исследовательский университет «Высшая школа экономики»https://orcid.org/0009-0002-5038-7875Представлен комплексный анализ эффективности работы портов Балтийского бассейна Российской Федерации, основанный на учете многих аспектов деятельности. В частности, предложены экономические показатели, учтены вопросы инвестиционного планирования и управления. Особое внимание уделено целям и задачам устойчивого развития морского порта как значимого элемента транспортно-логистической системы. Цель настоящего исследования — разработка системного подхода к изучению эффективности функционирования морского порта по многим критериям. Результаты анализа по предложенной методологии предполагают возможность учета критериев для различных уровней управления портом, что позволяет говорить о высокой прикладной значимости проведенного исследования. Актуальность изучаемого вопроса подчеркивается отсутствием известных авторам источников, где предлагается методология комплексного изучения и анализа порта с позиции менеджмента, логистики и микроэкономики, позволяющей учесть экологические аспекты, инновационные решения в управлении портовой инфраструктурой на основе системного подхода. В статье представлен авторский подход к интерпретации статистических данных работы портов Балтийского бассейна России, а также результаты эмпирических исследований по вопросам устойчивого развития транспортно-логистических систем. Полученные результаты позволяют провести многомерный анализ деятельности морского порта и сформировать систему анализа и оценки эффективности, что является значимым аспектом процесса управления. Практическое применение предложенного подхода подчеркивается наличием методологической схемы и алгоритма по осуществлению анализа для различных категорий менеджеров, позволяя использовать его в качестве стратегического инструмента управления региональной экономической политики в сфере логистики и транспорта.0606202610312510.5922/2079-8555-2023-2-6https://balticregion.kantiana.ru/baltic_region/5342/41583/Федоров, Г. М. (ред.). 2021, Вызовы и перспективы развития Калининградской области: геополитика и геоэкономика, Консорциум «рубежи России»; Балтийский федеральный университет им. И. Канта, Калининград, Издательство БФУ им. И. Канта.Дружинин, А. Г. 2020, Опорные базы морского порубежья России: экономическая динамика в условиях геополитической турбулентности, Балтийский регион, т. 12, № 3, с. 89— 104, https://doi.org/10.5922/2079-8555-2020-3-6.Kammoun, R., Abdennadher, C. 2022, Seaport efficiency and competitiveness in European seaports, Transport Policy, vol. 121, p. 113—124, https://doi.org/10.1016/j.tranpol.2022.04.003.Grabowska, S., Saniuk, S. 2022, Assessment of the Competitiveness and Effectiveness of an Open Business Model in the Industry 4.0 Environment, Journal of Open Innovation: Technology, Market, and Complexity, vol. 8, № 1, р. 57, https://doi.org/10.3390/joitmc8010057.Barykin, S. E., Strimovskaya, A. V., Sergeev, S. M., Borisoglebskaya, L. N., Dedyukhina, N., Srklyarov, I., Sklyarova, J., Saychenko, L. 2023, Smart City Logistics on the Basis of Digital Tools for ESG Goals Achievement, Sustainability vol. 15, 5507, https://doi.org/10.3390/su15065507.Li, L., Wang, J., Wang, H., Jin, X., Du, L. 2023, Intermodal transportation hub location optimization with governments subsidies under the Belt and Road Initiative, Ocean & Coastal Management, vol. 231, 106414, https://doi.org/10.1016/j.ocecoaman.2022.106414.Зуев, В. Н., Островская, Е. Я., Скрябина, В. Ю. 2023, Региональные торговые соглашения: эффект демпфера, Вопросы экономики, № 2, с. 83—99, https://doi.org/10.32609/0042-8736-2023-2-83-99.Кропинова, Е. Г., Афанасьева, Э. П. 2014, Устойчивое развитие прибрежных территорий как основа комплексного управления прибрежными зонами, Вестник Балтийского федерального университета им. И. Канта, № 1, с. 140—147.Kuznetsov, A., Dinwoodie, J., Gibbs, D., Sansom, M., Knowles, H. 2015, Towards a sustainability management system for smaller ports, Marine Policy, vol. 54, p. 59—68, https://doi.org/10.1016/j.marpol.2014.12.016.Дружинин, А. Г., Кузнецова, О. В. 2022, Учет «фактора моря» в федеральном регулировании пространственного развития России: постсоветский опыт и современные приоритеты, Балтийский регион, т. 14, № 4, c. 4—19, https://doi.org/10.5922/2079-8555-2022-4-1.Yin, C., Ke, Y., Chen, J., Liu, M. 2021, Interrelations between sea hub ports and inland hinterlands: Perspectives of multimodal freight transport organization and low carbon emissions, Ocean & Coastal Management, vol. 214, 105919, https://doi.org/10.1016/j.ocecoaman.2021.105919.Corey, J., Wang, Q., Zheng, J., Sun, Y., Du, H., Zhu, Z. 2022, Container transshipment via a regional hub port: A case of the Caribbean Sea region, Ocean & Coastal Management, vol. 217, 105999, https://doi.org/10.1016/j.ocecoaman.2021.105999.Bocheński, T., Palmowski, T., Studzieniecki, T. 2021, The Development of Major Seaports in the Context of National Maritime Policy. The Case Study of Poland, Sustainability, vol. 13, № 22, 12883, https://doi.org/10.3390/su132212883.Tagiltseva, J., Vasilenko, M., Kuzina, E., Drozdov, N., Parkhomenko, R., Prokopchuk, V., Skichko, E., Bagiryan, V. 2022, The economic efficiency justification of multimodal container transportation, Transportation Research Procedia, vol. 63, p. 264—270, https://doi.org/10.1016/j.trpro.2022.06.012.Stephenson, Sh. 2015, Global Value Chains: The New Reality of International Trade, The E15 Initiative. Strengthening the Global Trade System, URL: https://e15initiative.org/wp-content/uploads/2015/09/E15-GVCs-Stephenson-Final.pdf (дата обращения: 05.12.2022).Дружинин, А. Г. 2016, Приморская зона России как общественно-географический феномен: подходы к концептуализации и делимитации, Балтийский регион, т. 8, № 2, с. 85— 100. https://doi.org/10.5922/2074-9848-2016-2-5.Caviedes, V., Arenas-Granados, P., Barragán-Muñoz, J. M. 2020, Regional public policy for Integrated Coastal Zone Management in Central America, Ocean & Coastal Management, vol. 186, 105114, https://doi.org/10.1016/j.ocecoaman.2020.105114.Anas, A., Liu, Y. 2007, A regional economy, land use, and transportation model: formulation, algorithm design, and testing, Journal of regional science, vol. 47, № 3, p. 415—455, https://doi.org/10.1111/j.1467-9787.2007.00515.x.Puig, M., Azarkamand, S., Wooldridge, C., Selén, V., Darbra, R. M. 2022, Insights on the environmental management system of the European port sector, Science of The Total Environment, vol. 806, part 2, 150550, https://doi.org/10.1016/j.scitotenv.2021.150550.Rodrigues, V., Russo, M., Sorte, S., Reis, J., Oliveira, K., Dionísio, A., Monteiro, A., Lopes, M. 2021, Harmonizing sustainability assessment in seaports: A common framework for reporting environmental performance indicators, Ocean & Coastal Management, vol. 202, 105514, https://doi.org/10.1016/j.ocecoaman.2020.105514.Castellano, R., Ferretti, M., Musella, G., Risitano, M. 2020, Evaluating the economic and environmental efficiency of ports: Evidence from Italy, Journal of Cleaner Production, vol. 271, 122560, https://doi.org/10.1016/j.jclepro.2020.122560.Hossain, T., Adams, M., Walker, T. R. 2021, Role of sustainability in global seaports, Ocean & Coastal Management, vol. 202, 105435, https://doi.org/10.1016/j.ocecoaman.2020.105435.Duru, O., Galvao, C. B., Mileski, J., Robles, L. T., Gharehgozli, A. 2020, Developing a comprehensive approach to port performance assessment, The Asian Journal of Shipping and Logistics, vol. 36, № 4, p. 169—180, https://doi.org/10.1016/j.ajsl.2020.03.001.Карпова, Н. П., Павлов, М. С. 2020, Проблемы и перспективы внедрения «зеленой» логистики в России, Экономика, предпринимательство и право, т. 10, № 4, c. 1063—1070, https://doi.org/10.18334/epp.10.4.100806.Santos, M., Pereira, F. 2022, ESG performance scoring method to support responsible investments in port operations, Case Studies on Transport Policy, vol. 10, № 1, p. 664—673, https://doi.org/10.1016/j.cstp.2022.01.027.Стримовская, А. В., Бажина, Д. Б. 2018, Формирование комплекса показателей эффективности транспортировки в цепях поставок, Логистика и управление цепями поставок, № 3, c. 55—65.Tow, P., Cooper, I., Partridge, I., Birch, C., Harrington, L. 2011, Principles of a Systems Approach to Agriculture. In: Tow, P., Cooper, I., Partridge, I., Birch, C. (eds.), Rainfed Farming Systems. Springer, Dordrecht, https://doi.org/10.1007/978-1-4020-9132-2_1.Gogas, M., Papoutsis, K., Nathanail, E. 2014, Optimization of Decision-Making in Port Logistics Terminals: Using Analytic Hierarchy Process for the Case of Port of Thessaloniki, Transport and Telecommunication Journal, vol. 15, № 4, p. 255—268, https://doi.org/10.2478/ttj-2014-0022.Sarkar, B. D., Shankar, R. 2021, Understanding the barriers of port logistics for effective operation in the Industry 4.0 era: Data-driven decision making, International Journal of Information Management Data Insights, vol. 1, № 2, 100031, https://doi.org/10.1016/j.jjimei.2021.100031.Panova, Y., Hilmola, O-P. 2015, Justification and evaluation of dry port investments in Russia, Research in Transportation Economics, vol. 51, p. 61—70, https://doi.org/10.1016/j.retrec.2015.07.008.Lachininskii, S. S., Semenova, I. 2015, Saint Petersburg as a global coastal city: positioning in the Baltic region, Baltic region, № 3, p. 47—57, https://doi.org/10.5922/2079-8555-2015-3-4.Старцева, Н. В. 2020, Анализ деятельности и конкурентоспособности портов Балтийского моря, Системный анализ и логистика, № 1 (23), с. 9—19.Зуб, И. В., Ежов, Ю. Е., Анголенко, Т. С. 2022, Информационные системы как инструмент повышения производительности морских портов, Вестник Государственного университета морского и речного флота им. адмирала С. О. Макарова, т. 14, № 2, с. 218—229, https://doi.org/10.21821/2309-5180-2022-14-2-218-229.Khan, S. A. R., Sharif, A., Golpîra, H., Kumar, A. 2019, A green ideology in Asian emerging economies: From environmental policy and sustainable development, Sustainable Development, vol. 27, № 6, p. 1063—1075, https://doi.org/10.1002/sd.1958.Druzhinin, A., Mikhaylov, A., Lialina, A. 2021, Coastal regions of Russia: migration attractiveness and innovation performance, Quaestiones Geographicae, vol. 40, № 2, p. 5—18, https://doi.org/10.2478/quageo-2021-0019.Strimovskaya, A., Sinko, G., Tsyplakova, E. 2023, Efficiency Assessment System Based on Analytical Approach for Sustainable Development of Transport Logistics. In: Reliability and Statistics in Transportation and Communication — RelStat 2022. Lecture Notes in Networks and Systems, vol. 640, p. 162—173, https://doi.org/10.1007/978-3-031-26655-3_15.Зеленская, Е. М. 2018, Применение метода «анализ среды функционирования» в оценке эффективности деятельности учреждений культуры, Вестник Балтийского федерального университета им. И. Канта. Серия: Гуманитарные и общественные науки, № 2, c. 39—51.Cruijssen, F., Dullaert, W., Fleuren, H. 2007, Horizontal Cooperation in Transport and Logistics: A Literature Review, Transportation Journal, vol. 46, № 3, p. 22—39, https://doi.org/10.2307/20713677.Виноградов, А. Б., Тюркина, М. Н. 2017, Методы разделения общего эффекта в проектах горизонтальной кооперации, Логистика и управление цепями поставок, № 4 (81), c. 41—51.Expansionism in Poland’s strategic culture: historical retrospec­tive and variationsИ. Д.ЛошкарёвМГИМО МИД Россииhttps://orcid.org/0000-0002-7507-1669Рассматривается проблема оценки и интерпретации экспансионистских элементов в международно-политическом поведении Польши. Автор анализирует проблему с помощью концепта стратегической культуры государств, который включает в себя убеждения, представления и язык описания собственных действий и действий других государств. Исходя из этого, статья выясняет, какие экспансионистские типы стратегической культуры сформировались в Польше, какова степень их востребованности и в чем их расхождения и сходства. Для этого автор прослеживает интеллектуальные истоки внешнеполитических представлений в Польше (Речи Посполитой), увязывает вызовы внешней среды и их восприятие в ходе развития польского государства. В результате автор выявляет два исторических сформировавшихся экспансионистских типа стратегической культуры. Во-первых, несмотря на средние размеры и неоднократные военные поражения, польское государство практически не приняло комплекс идей, связанных с культурой «осажденной крепости». Во-вторых, даже культура ограниченной силовой политики в Польше приобрела некоторые особенности, а именно — повышенную склонность к риску и увлечение демонстрационными силовыми акциями. Во многом этим обусловлено то обстоятельство, что контуры регионального проекта для соседних государств строились преимущественно на негативном типе консолидации (против мусульман, позднее — против большевиков) и потому не достигали серьезного уровня детализации.0606202612613810.5922/2079-8555-2023-2-7https://balticregion.kantiana.ru/baltic_region/5343/41584/Грецкий, И. В. 2020, Неопрометеизм в восточной политике Польши, Вестник Санкт-Петербургского университета. Политология. Международные отношения, т. 13, № 1, с. 136—142, https://doi.org/10.21638/spbu06.2020.109.Неменский, О. Б. 2019, Приоритеты внешней политики Польши при правительстве М. Моравецкого, Проблемы национальной стратегии, № 1, с. 58—77.Беспалов, А. С. 2007, Польская восточная политика после 1989 г., Россия и современный мир, № 2, с. 52—69.Звягина, Д. А. 2018, Политика Польши в Восточной Европе: возрождение концепции междуморья?, Вестник Дипломатической академии МИД России. Россия и мир, № 1, с. 78—86.Snyder, J. L. 1977, The Soviet Strategic Culture: Implications for Limited Nuclear Operations, Rand Corporation, 48 p.Klein, Y. 1991, A theory of strategic culture, Comparative strategy, vol. 10, № 1, p. 3—23, https://doi.org/10.1080/01495939108402827.Legro, J. W. 1996, Culture and preferences in the international cooperation two-step?, American Political Science Review, vol. 90, № 1, p. 118—137, https://doi.org/10.2307/2082802.Sondhaus, L. 2006, Strategic culture and ways of war, London: Routledge, 164 p., https://doi.org/10.4324/9780203968581.Desch, M. C. 1998, Culture clash: Assessing the importance of ideas in security studies, International Security, vol. 23, № 1, p. 141—170, https://doi.org/10.1162/isec.23.1.141.Glenn, J. 2009, Realism versus strategic culture: Competition and collaboration?, International Studies Review, vol. 11, № 3, p. 523—551, https://doi.org/10.1111/j.1468-2486.2009.00872.x.Bloomfield, A. 2012, Time to move on: Reconceptualizing the strategic culture debate, Contemporary Security Policy, vol. 33, № 3, p. 437—461, https://doi.org/10.1080/13523260.2012.727679.Wilson, R. W. 2000, The Many Voices of Political Culture: Assessing Different Approaches, World Politics, vol. 52, № 2, p. 246—273, https://doi.org/10.1017/s0043887100002616.Лошкарёв, И. Д., Пареньков, Д. А. 2022, Неэкспансионистские типы стратегической культуры Польши: идейная ретроспектива и современные последствия, Балтийский регион, т. 14, № 2, c. 69—82, https://doi.org/10.5922/2079-8555-2022-2-5.Johnston, A. I. 1995, Thinking about strategic culture, International Security, vol. 19, № 4, p. 32—64, https://doi.org/10.2307/2539119.Johnston, A. I. 1998, Cultural realism: Strategic culture and grand strategy in Chinese history, Princeton: Princeton University Press, 322 p., https://doi.org/10.2307/j.ctvzxx9p0.Дьяков, В. А. (ред.). 1993, Краткая история Польши: С древнейших времен до наших дней, Москва: Наука, 528 c.Downing, B. 1993, The military revolution and political change: Origins of democracy and autocracy in early modern Europe, Priceton: Princeton University Press, 308 p., https://doi.org/10.2307/j.ctv173f21s.Kuźniar, R. et al. 2020, Bezpieczeństwo międzynarodowe, Warszawa, Wydawnictwo Naukowe Scholar, 478 s.Галл Аноним, 1961, Хроника и деяния князей, или правителей польских, Москва: Издательство АН СССР, 172 c.Флоря, Б. Н. 2015, Россия, Ян Собесский и гетман Михаил Пац в 1674—1675 гг., Древняя Русь. Вопросы медиевистики, № 1, с. 5—11.Черникова, Т. В. 2020, Международные династические проекты в России времен царствования Фёдора Иоанновича, Россия и современный мир, № 1, с. 6—32, https://doi.org/10.31249/rsm/2020.01.01.Kamieński, A. 2019, Polityka brandenburska Jana III Sobieskiego, Prace Historyczne, vol. 146, № 2, p. 307—318, https://doi.org/10.4467/20844069ph.19.014.9910.Stolicki, J. 2017, Działania Jana III Sobieskiego w celu wzrostu znaczenia Rzeczypospolitej w Europie w latach 1674—1683, Studia Środkowoeuropejskie i Bałkanistyczne, № 25, р. 27—42, https://doi.org/10.4467/2543733xssb.17.003.7249 (in Polish).Listy Jana Sobieskiego, krola polskeigo, pisane do Królowy Maryi Kazimiry w ciągu wyprawy pod Wiedeń w roku 1683 (1882), Księgarnia Polska A. D. Bartoszewicza i M. Biernackiego, Lwów, URL: https://www.wbc.poznan.pl/dlibra/publication/83770/edition/100800 (дата обращения: 15.10.2022).Holsti, K. J. 1991, Peace and war: Armed conflicts and international order, 1648—1989, Cambridge: Cambridge University Press, 400 p.Topolski, J. 2015, Rzeczpospolita Obojga Narodów, 1501—1795, Poznań: Wydawnictwo Poznańskie, 973 s.Фрыч-Моджевский, А. 1960, Об исправлении государства, в: Польские мыслители эпохи Возрождения, Москва, Издательство АН СССР, с. 69—109.Nowak, A. 2020, Między nieładem a niewolą. Krótka historia myśli politycznej, Kraków: Biały Kruk, 384 s.Simlat, M. 2003, Teoria polityczna Andrzeja Frycza Modrzewskiego. Próba rekonstrukcji, Państwo i Społeczeństwo, № 3, p. 99—108.Nowak, A. 2007, Historie politycznych tradycji. Piłsudski, Putin i inni, Kraków: Wydawnictwo Arcana.Pietrzyk-Reeves, D. 2017, Państwo jako rzecz wspólna (res publica) w renesansowej myśli politycznej, in: Wartości polityczne Rzeczypospolitej Obojga Narodów. Struktury aksjologiczne i granice cywilizacyjne, т. 3, Warszawa: Wydawnictwa Uniwersytetu Warszawskiego, р. 27—51.Rostworowski, E. M. 1985, Popioły i korzenie. Szkice historyczne i rodzinne, Kraków: Znak, 568 р.Zięba, R. 2020, Poland’s Foreign and Security Policy, Springer International Publishing, 280 p., https://doi.org/10.1007/978-3-030-30697-7.Нойманн, И. 2004, Использование «Другого»: Образы Востока в формировании европейских идентичностей, Москва: Новое издательство, 336 c.Майорова, О. Н. 1999, Роль и место Польши в современной Европе: (дискуссии в польском обществе), Славяноведение, № 3, с. 30—44.Лошкарёв, И. Д., Кучук, А. В. 2022, Стратегическая культура Польши: вариации и их отражение в официальном дискурсе, Современная Европа, № 4, с. 37—49, https://doi.org/10.31857/S0201708322040039.International heritage in the memorial landscape of the Kaliningrad regionД. В.МанкевичБалтийский федеральный университет им. И. Кантаhttps://orcid.org/0000-0002-2983-1962М. Е.МегемБалтийский федеральный университет им. И. Кантаhttps://orcid.org/0000-0001-6412-9119Цель статьи — анализ структуры и выявление символического значения расположенных на территории Калининградской области «мест памяти», связанных с событиями, явлениями или деятелями зарубежной истории. Эмпирическую базу исследования составляют сведения о происхождении, времени создания и предназначении памятников, мемориалов и других памятных мест, теоретическую основу — концепции культурной памяти и «мест памяти». В качестве основных методов, наряду с общенаучными, использовались идиографический и историографический. Центральное место в структуре «мемориального ландшафта» области, отражающего события зарубежной истории, занимают «места памяти», связанные с немецким прошлым края, а также с историей литовской национальной культуры, в меньшей степени — польской. Структура этого мемориального наследия обусловлена избирательным сохранением части довоенных памятников и сооружений в советское время, а также коммеморативной активностью постсоветского периода в Калининградской области — «регионе сотрудничества». Его немецкий компонент, являясь наиболее масштабным, как и другие (литовский и польский), не обладает внутренним единством, представляет собой сложную символическую систему с преобладанием памяти о достижениях духовной культуры Восточной Пруссии и ее выдающихся деятелях. Значительная часть рассмотренных мемориальных объектов интегрирована в общероссийский или региональный исторические нарративы (и соответствующие дискурсы), отражает «российский след» в местной истории, «присвоена» местной культурой памяти.0606202613915510.5922/2079-8555-2023-2-8https://balticregion.kantiana.ru/baltic_region/5343/41585/Алимпиева, А. В. 2004, Эксклавный российский регион: проблема социальной идентичности, Регион сотрудничества, № 17, с. 45—56.Алимпиева, А. В. 2009, Социальная идентичность калининградцев в социальном и геополитическом контексте, Псковский регионологический журнал, № 7, с. 36—42.Андрейчук, Н. В., Гаврилина, Л. М. 2011, Феномен калининградской региональной субкультуры (социально-философский и культурологический анализ), Калининград, Изд-во РГУ им. И. Канта, с. 1—140.Костяшов, Ю. В. (ред.). 2002, Восточная Пруссия глазами советских переселенцев: Первые годы Калининградской области в воспоминаниях и документах, СПб., Изд-во «Бельведер».Костяшов, Ю. В., Маттес, Э. 2003, Изгнание прусского духа. Запрещенное воспоминание, Калининград, Изд-во КГУ, с. 1—164.Фостова, С. А., Костяшов, Ю. В. 2020, Монументальная пропаганда в советском Калининграде: от войны памятников до мира, Студенческие Смольные чтения, Санкт-Петербург: Астерион, с. 230—237.Костяшов, Ю. В. 2017, Восприятие и мемориализация культурного прошлого Кёнигсберга в современном Калининграде, Модернизация культуры: от человека традиции к креативному субъекту. Материалы V Международной научно-практической конференции, с. 237—241.Дементьев, И. О. 2015, «Разделенная история»: Изучение исторической политики на землях бывшей Восточной Пруссии в свете современных дискуссий, Балтийский регион, № 4, с. 105—120.Дементьев, И. О. 2019, Эйдткунен как место памяти, Калининградские архивы, вып. 16, с. 188—200.Дементьев, И. О. 2020, Советские гражданские памятники в культурном ландшафте Калининграда, Наследие веков, № 3, с. 40—61, https://doi.org/10.36343/SB.2020.23.3.003.Дементьев, И. О. 2012, Калининградская область как зона диалога культур и столкновения мест памяти, Между Одером и Неманом: проблемы исторической памяти, Калининград, с. 26—35.Brodersen, P. 2008, Die Stadt im Westen. Wie Königsberg Kaliningrad wurde, Düsseldorf.Sakson, A. 2011, Od Klajpedy do Olsztyna. Współcześni mieszkańcy byłych Prus Wschodnich: Kraj Kłajpedzki, Obwód Kaliningradzki, Warmia i Mazury, Poznań.Sakson, A. 2017, Dziedzictwo Prus Wschodnich. Socjologiczne i historyczne studia o regione, Olsztyn.Traba, R., Sakson, A. (eds.). 2017, Przeszłość zapamiȩtana. Naracje z pogranicze, Olsztyn.Нора, П. 2005, Всемирное торжество памяти, Неприкосновенный запас, № 2.Ассман, Я. 2004, Культурная память: Письмо, память о прошлом и политическая идентичность в высоких культурах древности, М., Языки славянской культуры.Хаттон, П. 2003, История как искусство памяти, СПб., Изд-во «Владимир Даль».Эксле, О. Г. 2001, Культурная память под воздействием историзма, Одиссей. Человек в истории, с. 176—198.Ассман, А. 2017, Распалась связь времен? Взлет и падение темпорального режима модерна, М., Новое литературное обозрение.Репина, Л. П. 2013, Память о прошлом как яблоко раздора, или Еще раз о (меж)дисциплинарности, Исторический журнал: научные исследования, № 1 (13), с. 25—32, https://doi.org/10.7256/2222-1972.2013.01.3.Савельева, И. М., Полетаев, А. В. 2011, Социальная организация знаний о прошлом аналитическая схема, Диалог со временем, № 35, с. 7—18.Ассман, А. 2019, Забвение истории — одержимость историей, М., Новое литературное обозрение.Миллер, А. И., Ефременко, Д. В. (ред.). 2020, Политика памяти в современной России и странах Восточной Европы. Акторы, структуры, нарративы, СПб., Изд-во Европейского университета.Худайкулова, А. В., Неклюдов, Н. Я. 2019, Концепция онтологической безопасности в международно-политическом дискурсе, Вестник МГИМО-Университета, т. 12, № 6, с. 129—149, https://doi.org/10.24833/2071-8160-2019-6-69-129-149.Makhotina, E. 2021, Between heritage and (identity) politics: dealing with the signs of communism in post-Soviet Lithuania, National Identities, vol. 23, № 5, p. 511—530.Rosenberg, T. J. 2015, Contemporary Holocaust Memorials in Berlin: On the Borders of the Sacred and the Profane. In: Revisiting Holocaust Representation in the Post-Witness Era. The Holocaust and its Contexts. Palgrave Macmillan, London, https://doi.org/10.1057/9781137530424_6.Cole, T. 2013, Crematoria, barracks, gateway: Survivors’ return visits to the memory landscapes of Auschwitz, History and Memory, vol. 25, № 2, p. 102—131, https://doi.org/10.2979/histmemo.25.2.102.Мегем, М. Е. 2022, Снести нельзя оставить: ключевые тенденции политики памяти стран Балтии в отношении советских памятников на местах массового насилия, Балтийский регион, т. 14, № 4, с. 128—145, https://doi.org/10.5922/2079-8555-2022-4-8.Мегем, М. Е., Филев, М. В., Давиденко, А. А. 2022, Снести, перекодировать, интегрировать и маргинализировать: ключевые стратегии стран Балтии по отношению к советским памятникам, Наука. Общество. Оборона, т. 10, № 4 (33), с. 26, https://doi.org/10.24412/2311-1763-2022-4-26-26.Филев, М. В., Курганский, А. А. 2022, Демонтаж памятников как ключевая часть процесса «декоммунизации» на Украине и в Польше после 2014 года, Балтийский регион, т. 14, № 4, с. 146—161, https://doi.org/10.5922/2079-8555-2022-4-9.Сафроновас, В. 2011, Идентичность литовскоязычного населения Восточной Пруссии: интерпретации на переломе XX и XXI столетий, Исследование Балтийского региона: вестник Социально-гуманитарного парка БФУ им. И. Канта, № 2 (8), с. 4—26.